Замполит почему-то «большую коробочку» назвал «большой копеечкой». Видимо, опять перепугался или имел в виду стоимость танка Т-72. Мне кажется, мы тоже заблудились. В соседних кварталах идут бои, а у нас тишина. Может, нас Бог бережёт или особый маршрут на карте? В школе пустота. Все классы загажены, стёкла выбиты и парты сожжены. На стенах опять арабские, а может, и чеченские буквы и имена. Видимо, ученики этой школы оставили свои автографы и на стенах, и на полу. Далее проскочили дворы, зачищая дома один за другим. Вышли к большому кирпичному особняку.

– Вот тут перекурим, – объявил ротный.

 – Организовать круговую оборону. Не расслабляться, мы почти в центре.

Рядом с гаражом перевёрнут автомобиль марки «Ока». В салоне несколько цинков с патронами и пистолет Макарова. Стена особняка отсутствовала, и нашему взору открылась богатая чеченская гостиная с камином и коврами на стенах. Я рванул на второй этаж и наткнулся на огромную библиотеку. К сожалению, взять там было нечего. Вся литература либо на арабском, либо на других заморских языках. На полу лежала чёрная записная книжка. Открыв её, я с первых страниц понял, что это оперативный дневник одного из полевых командиров.

Часть записей была на русском языке. Спустившись, я передал книжку ротному.

– Ба! – вскочил с кресла-качалки капитан. – Вы знаете, у кого мы в гостях, ребята? Мы в доме самого Мовлади Удугова. Главного идеолога армии Ичкерии. Короче, он у них как наш замполит, если проще выражаться.

Истомин растопил камин дорогой мебелью Удугова и открыл банку сгущёнки. Я вышел в сад и уставился на большие детские качели на чёрных толстых цепях. Между яблонями и абрикосами камнем вымощены аккуратные дорожки.

Под кронами лысых деревьев стоят лавочки, и по центру симпатичная беседка с летней кухней. Я даже представил, как тут готовили шашлык и лаваш. Пили красное домашнее вино, срывая фрукты прямо с деревьев. Сюрпризов, таких как мины-ловушки, мы здесь не обнаружили. Хозяева покидали дом спешно, оставив довольно много ценных вещей, включая настоящее столовое серебро. Я впервые грел руки у большого камина, вглядываясь в рисунки на коврах. Неусидчивая пехота зачистила соседние дома, где обнаружила труп женщины с пулевыми отверстиями в спине. Определить, кто она по национальности, мы не смогли. Её лицо обглодали крысы, которые ринулись в разные стороны, едва услышав наши шаги. Мы проверяли погреба, где находили большое количество вина и еды. Всем этим добром набивали вещевые мешки, выбрасывая хлеб и консервы. Подарочная коробка конфет в серванте одной из квартир была разорвана в клочья и съедена в несколько долей секунд. Всюду гремела посуда. Бойцы обновляли свой запас ложек и вилок, кружек и стаканов.