Я нервно выдыхаю и говорю:

- В чём дело, Макс?

Он хмурит брови и молчит какое-то время, а потом начинает:

- Дело в том, что...

В этот момент мы оба поднимаем взгляд в сторону входа.

В шатёр заходит ещё один человек.

Его тёмные волосы спадают на лоб. Одежда выглядит помятой.

В руках он держит небольшую дорожную сумку.

Моё сердце замирает, а потом несётся вскачь.

Это Эдуард.

Он, всё же, пришёл.

20

Ангелина

- Эд? - голос Макс дрогает.

Мы оба поражённо смотрим на вошедшего.

- Эд... - выдыхаю я.

Темноволосый мужчина поднимает на меня взгляд. Прищуривается.

- Не ждала? - он смотрит мне прямо в глаза. Его губы изгибаются в неприятной усмешке.

- Нет... - тихо отвечаю.

- Оно и видно, - его голос звучит так, будто Эдуард меня в чём-то обвиняет. Но я совсем не понимаю, в чём именно. Ведь он знал о свадьбе? Не мог не знать...

- Гостей у вас не так уж много, - холодно продолжает он. - Неужели не нашлось места для бизнес-партнёра жениха?

Эд по-прежнему обращается исключительно ко мне, будто Макса тут вообще нет.

- Ты как сюда попал? - мой жених теперь тоже звучит враждебно.

Я совершенно ничего не понимаю. Хмурюсь и смотрю на Макса, ожидая хоть каких-то объяснений.

Но Макс молчит.

- Все любят деньги, дружище, - Эд особенно выделяет последнее слово. - И охранники твои. И, видимо, невеста тоже.

Его слова жгут сердце. Я не могу понять, за что он так жесток со мной...

- Я не понимаю... - начинаю я, крепче сжимая в руках букет. - Не понимаю, о чём ты...

- Хочешь сказать, ты по любви за него выходишь? - голос Эда звучит так отчаянно, что у меня сердце сжимается.

Во рту пересыхает от волнения. Боже мой...

- Я... я...

- Убирайся, Эд! - Макс воинственно ступает вперёд, сжимая руки в кулаки. - Тебе тут не рады!

- А ты, Ангел, - отец моего ребёнка всё ещё смотрит на меня. Несмотря на его грубость, я вижу в глубине его глаз неприкрытую боль. - Ты тоже мне не рада?

- Конечно рада! - шепчут мои губы. - Как ты можешь такое говорить? Я... я ждала тебя там... в Барселоне... но ты так и не пришёл...

- Ждала? - его рот снова кривится, и он хмыкает. – Ждала, а сама в любви признавалась, - Эд переводит суровый взгляд на Макса. - Ему.

У меня такое чувство, будто меня ведром холодной воды окатили. Я поражённо смотрю на Макса.

- Зачем ты ему сказал?

Макс кажется растерянным, и ничего не отвечает. Зато отвечает Эд.

- Так это правда, значит? - он прикрывает глаза и морщится будто от зубной боли.

Я не нахожу, что ему ответить и застываю в нерешительности. Эд, ведь, не понимает, как всё было на самом деле! Мне хочется закричать, что я люблю и его тоже! Люблю всем сердцем! Так сильно, что готова была ждать... ждать его всё это время...

Открываю рот, чтобы сделать это, но он меня опережает:

- А Макс тебе сказал, зачем ему нужно было твоё признание?

Я осекаюсь на полуслове.

- Заткнись! - тут же встревает Макс.