Но…

— Что но?

— Не попробуешь — не узнаешь. Говорят, это красиво… Звёзды, Млечный Путь!

Я посмотрела на лицо Руслана. Он всё равно юлил, уворачивался и говорил о чём угодно, приводил кучу разных эпитетов, лишь бы не признаваться в своих чувствах и желании быть со мной. Ведь именно на это он и намекал, да?

— Значит, лаборатория?

— Именно, акулёнок.

— Тогда ты должен кое-что знать обо мне, Алмазов.

Я отстранилась на расстоянии вытянутых рук. Лицо босса посуровело вмиг. Он ожидал от меня подвоха. И не зря.

— Не томи, Ева. Ты молчишь уже пять секунд!"

"— Ты их не увидишь.

— Ты имеешь в виду результаты теста на отцовство? Почему я их не увижу?

— Нет, Рус. Я говорю о другом. О твоих красочных эпитетах. О скафандре и открытом космосе. Звёзды, Млечный путь? Чушь! В открытом космосе ты увидишь только чёрное полотно.

— Почему? — удивился босс.

— Объяснить? Но учти, это надолго. Или посоветовать посмотреть научно-популярную передачу?

Я пошла в сторону лаборатории.

— Постой. Так что я должен о тебе знать?

— После расставания с Жориком я пересмотрела кучу передач про космос. Меня заклинило на все выходные, а потом я каждый вечер после работы часами смотрела всё, что могла найти в интернете.

— Зачем?

— Не знаю. Зачем-то ты смотришь передачу про акул? Ещё и ныряешь к ним!

— Дайвинг — моё увлечение! — возразил Алмазов.

— Ну-у-у, значит, у меня в двадцать пять лет наметилось новое увлечение. Астрономия. Тоже неплохо.

Алмазов рассмеялся.

— Хорошо. Я подарю тебе телескоп и кусочек настоящей звезды. А теперь вперёд. Я хочу получить подтверждение своего отцовства и сунуть его под твой хорошенький носик!

49. Руслан

Сдать тест на отцовство — дело нескольких минут. Жаль только, что результатов придётся подождать. Разумеется, я заказал ускоренный вариант, но даже при таком раскладе результат придётся ждать несколько дней.

Ева была притихшей. Вздохнула, изучив прейскурант, и покрутила пальцем у виска.

— Рус, тебе некуда деньги девать?

— Ерунда. За то, чтобы лишить тебя возможности убегать от меня, я готов выложить и гораздо большую сумму.

— Всё никак не наиграешься?

Я подхватил Еву под локоть и вывел из здания.

— Я не играю! — сказал, глядя прямо в глаза. — Мне на самом деле очень важно, чтобы ты… чтобы ты осталась рядом со мной. Без всей этой белиберды с наследством.

— Я не знаю, как к тебе относиться. У нас вроде бы всё понарошку, и вроде бы по-настоящему. Я запуталась, — вздохнула Ева. — Не знаю, где ты играешь, а где переживаешь, возможно, и из-за меня. Или всё дело в том, что мне хочется в это верить?

Я видел тень сомнений и мучительных противоречий в глазах Евы. Наверное, со стороны я и сам выглядел таким же запутавшимся.