В самом ли деле Гильем пытался бежать, или кто-то инсценировал побег, чтобы заставить его замолчать? Альбин говорил – не беспокоиться ни о чем."

"– Но когда вскрылось, на какие суммы он провозил контрабанду и сколько налогов не досталось короне… Его величество пришел в ярость. Особенно, когда стало известно, что в этом замешан и его кузен… видишь, я откровенен с тобой.

– Кузен его величества, замешанный в темных делах – это сэр Роберт, брат нашего лорда?

– Ты неплохо осведомлена для девушки твоего положения.

Пришлось стать осведомленной. Но не стоит графу знать о причинах.

– Сэр Роберт – давний друг нашей семьи, и он вел дела с моим старшим сыном, Лютером. Его величество решил, что и Лютер замешан… и в контрабанде… и в других тайных делах, и взял его под стражу. Дворянина нельзя допросить с пристрастием, если речь не идет о государственной измене, но я не знаю, что его величество может счесть изменой… – Он с видимым усилием продолжил: – Моя дочь умерла, мой младший сын погиб, а теперь позорная казнь грозит и старшему.

– Мне жаль, что так вышло, в самом деле жаль, но я-то тут при чем?!

В самом деле, где я – а где король! Да и вообще, дай мне волю – держалась бы подальше от сильных мира сего, и без того уже огребла приключений по горло.

– Услуга за услугу. Я удочеряю тебя, герцог, отец Альбина, просит короля о помиловании для моего сына.

На пару мгновений я лишилась дара речи.

– Удочерить? Меня? Вашу внучку? Но зачем???

– Да откуда мне знать? Спрашивать я не стал. Это все равно мало что изменит: счастливым семейством нам не стать, прости уж за прямоту, наследства тебе тоже не видать. Но я бы не колебался, даже если бы ты могла на что-то претендовать. Шанс спасти Лютера для меня сейчас важнее всего остального, и я готов хоть черта лысого усыновить.

Что за игры опять затеял Альбин?

– Ева, я понимаю, что наша семья виновата перед тобой. Розалин не вернуть, и просить прощения, наверное, тоже поздно. Но прошу…

– Погодите, – перебила его я. – Насколько ваш старший сын был замешан в делах Гильема?

– Он ничего не знал! Клянусь!

– А вы?

– И я. Гильем давно взрослый, у него своя жизнь… была. Я удивлен, что ты вообще знаешь о его существовании.

– Я бы хотела никогда о нем не знать, – усмехнулась я. В следующий миг до меня дошло. – Погодите. Вы утверждаете, будто не знали, что ваш сын ведет дела с человеком, который был мужем вашей дочери?

Может, конечно, граф был великолепным актером – но глядя на его ошарашенное лицо, я поверила.

– Когда Розалин сбежала из дома, Гильем искал ее, а потом, вернувшись, сказал, что она замужем за трактирщиком и предпринимать что-либо поздно. Мы утешились тем, что, по крайней мере, дочь не пошла по рукам.

И вычеркнули ее из своей жизни.

Я засучила рукав, показывая рубец от ожога.