Она подошла к нему, бойко выстукивая каблуками, а потом повисла на его шее.

Меня будто по лицу ударили. Я встала, как вкопанная, прячась за стойку с ароматизаторами для авто и с любопытством впилась в эту парочку взглядом.

– Привет, красотка! – чмокнул девушку Богдан. Я не разглядела, куда именно – в губы или щёку. Да какая разница? – Я соскучился. Пойдём скорее, – увлёк её в сторону кабинета. – Расскажешь, как там в Лондоне.

Они в обнимку ушли к нему в кабинет, и я поняла, что всё кончено. Проглотив жгучие слёзы, я не нашла сил подойти к кассиру, чтобы вернуть долг.

Выскочила из магазина не разбирая дороги, с ходу налетев на мужчину, намеревавшегося войти в магазин.

– Осторожнее, девушка! – подхватил он меня, не дав упасть.

– П-простите! – выдавила я из себя и побежала дальше.

Сев в машину, я дала волю слезам. Кто эта брюнетка Богдану? Жена? Любовница? Невеста?

Как я могла вообще подумать, что такой мужчина, как он, обратит внимание на такую, как я? Серая мышь, разведёнка с прицепом, в довесок с бывшим мужем, который мне угрожает? Богдан просто хотел со мной переспать?

Я ничего не понимала..

.

Зачем ему я, если у него есть такая красавица?

Я уже вообще ничего не понимала...

Одно я знала точно – этому мужчине не место в нашей с Алисой жизни. Его и на километр не стоит подпускать к ней. Ни о каком утреннике речи быть не может после того, как он меня обманул.

Я не представляла, как скажу дочери о том, что Богдан завтра не придёт – вот что было самым обидным. Для неё это станет ударом, чего я и боялась.

Как я вообще могла довериться ему? Я же чувствовала, что что-то не так? И всё равно ему верила, дура!

Кое-как доехав до дома, я упала на кровать и ревела до самого вечера, жалея себя, коря за доверчивость и наивность.

Уже было нужно забирать из садика Лисёнка, а я всё не могла прорыдаться. Умывшись несколько раз ледяной водой, я подобрала сопли и надела куртку. Поняв, что не могу в таком состоянии вести машину, пошла в детский сад пешком. Заодно проветрила голову.

– Мамочка, что-то случилось? – заметила, что я расстроена дочь.

– Голова болит, – соврала я. – Всё в порядке, солнышко.

Весь вечер подбирала слова утешения для дочери, чтобы сообщить ей о том, что с Богданом мы больше никогда не увидимся, но не нашла их.

Господи, как ей вообще сказать-то?

Может быть, вообще не идти завтра в садик? Прикинуться больной и никуда не идти?

Боже, я воспитателю обещала, что Алиса будет. У неё же важная роль на этом долбанном утреннике?

Дотянула до того, что Алиса уже спать легла, а я не могла уснуть. Прокручивала раз за разом наши встречи с Богданом, его слова, прикосновения, и ревела, ревела...

""Спокойной ночи, красавица!"" – прислал смс-ку Богдана, будто хотел меня добить.