Но последнее как раз понятно – Вакрок был самым лучшим парнем в королевской академии, и у нее просто не было шансов против его симпатичного лица, доброго и отзывчивого сердца и ответственного характера.

Хелен развернулась полностью и, сделав недостающий шаг, приблизилась почти вплотную к парню. Обняла его за талию, прижалась щекой к плотной ткани камзола. Вакрок замер на какое-то время, и девушка плотно прижатым ухом слышала, как за тканью и ребрами быстро билось чужое сердце.

Тук-тук, тук-тук. Его доброе, великодушное, большое сердце, в котором нашлась любовь – или всего лишь симпатия? – и для нее, не баронессы из провинциальной, нищей и даже опальной семьи.

– Спасибо за то, что всегда был рядом со мной! Всё это время, – тихо произнесла девушка, так и прижимаясь к мужской груди, но ее услышали.

Взяв за плечи и чуть отодвинув, Вакрок заглянул ей в лицо. И в его глазах Хелен видела неподдельную тревогу.

– Ты так говоришь, будто куда-то собралась уезжать, – с сомнением протянул парень. – Но ты ведь никуда не денешься? Ни к Ларкам в Адинай, ни в Большой лес, никуда? Ты останешься здесь, с нами, Хелен, ведь так? Теперь, когда всё позади?

Хелен молчала. Она хотела бы согласиться, заверить, что никуда не собирается и совершенно не хочет никуда деваться, но почему в груди такая холодная тоска?

– Останешься со мной. Навсегда! – почти командным тоном произнес Вакрок, продолжая выглядывать что-то в ее глазах. – Что бы ни случилось!

– Как скажешь, – через силу улыбнулась Хелен. – Я не против. Я очень даже за.

И будто ожидая именно этих слов как разрешения, парень сразу наклонился и коснулся сухими губами ее губ. Коснулся осторожно и, не встретив сопротивления, усилил натиск, захватывая ее своим откровенным влечением всё больше, сильными руками крепко держа за талию, будто она собралась куда-то бежать прямо сейчас, и настойчивее вжимая в свое тело.

Рука Хелен скользнула по мужской груди, по жесткой ткани плотного камзола, наверх к теплой коже шеи, пальцами коснулась виска, зарылась в густые волосы. Второй рукой девушка обхватила широкую шею парня, притягивая Вакрока к себе всё сильнее.

Дыхание у нее сбилось. Оно, рванное у них обоих, было сейчас одно на двоих.

И только жадные поцелуи здесь и сейчас существовали в их мирке. Словно мучимые жаждой путники наконец-то припали к свежему роднику. Их слитые воедино губы, украденные поцелуи для них двоих, их общее желание быть вместе вопреки всему и всем.

Услышав всхлип, Хелен вздрогнула и отстранилась. Но здесь кроме них никого не было. Это она издала тот звук?

Губы горели, грудь тяжело вздымалась, пытаясь накачать воздуха в опустевшие легкие. Голова кружилась, то ли от недостатка кислорода, то ли от пульсации крови в висках.