А поскольку ещё и большинство артефактов, поставляемых во дворец, защищены патентным правом, мы не можем каким-либо образом получить разрешение на их производство. Разве что выкупим официально право их производить, но за такой патент они запросят сумму просто невообразимой величины. Нам проще будет придумать что-либо своё.

— А что поставлялось?

— Три позиции, на каждом этаже работала своя линия: самозажигающиеся свечи, самонагревающиеся чайники, погодные регуляторы для оранжерей, — тут же пояснил Юматов.

— А что же у нас за умеренно оптимистичная новость? — хмыкнул я, понимая, в какую задницу мы попадаем сразу же: артефакторов нет, схем производства нет, а вот госзаказ есть, оформленный конкретно на эту мануфактуру, а вместе с ним есть и штрафы за срывы сроков поставок.

— А умеренно оптимистичная новость в том, что мы в своё время разрабатывали такую же линейку бытовых артефактов и пытались представить эти артефакты на всеобщей выставке, проходящей под патронажем Светловых. Эта мастерская там тоже участвовала. Выставка происходила в позапрошлом году. Нас не допустили к участию, но и образцы не вернули.

А после мы узнали, что именно наши образцы с некоторой переработкой Светловы взяли за основу для поставки во дворец.

— Вот суки! — вырвалось у меня. — Как вы узнали? Промышленный шпионаж?

— Месть, Юрий Викторович. Самая обычная месть. У Светловых работал один из магов-артефакторов, который усовершенствовал наши образцы. Ему обещали долю от патента, а вместо этого вышвырнули вон без выходного пособия. Вот он к нам и прибился. Он сможет восстановить техкарту производства, но нам это мало поможет. Ведь стоит нам произвести хоть один артефакт по чужому патенту, будет суд.

Я размышлял над ситуацией. Понятно. Что всё украдено до нас, и воровать сворованное вроде бы как и благородно. Но воров следовало проучить их же методом.

— Порадуйте меня, скажите, что этот инженер не остановился на достигнутом и сделал ещё какое-то усовершенствование артефактов, — обратился я к Юматову.

— А вы откуда знаете? — искренне удивился тот. — Ваня действительно улучшил собственные же наработки. Но уже боится их кому-либо показывать, чтобы не украли. Прошлое воровство доказать нам не удалось, покровителей у нас не было.

А слово простолюдина ничто против слова дворянина.

— И что вы предлагаете?

— Предлагаем попытаться получить на новые образцы патент, но, как вы понимаете, с этим нас ждут большие сложности. Не удивлюсь, если Светловы и там нам подгадили.

М-да, с этих не убудет.

— Сколько времени занимает получение патента на изобретение?

— От недели и до бесконечности, — тяжело вздохнул Юматов.

— Я думаю, в этот раз мы несколько форсируем процесс, — хмыкнул я.