Теперь понятно, почему она была уверена, что неизвестный мёртв.

Первым делом осматриваю экзоскелет снаружи, параллельно пытаясь найти точки ""вскрытия"". Костюм сильно отличается от наших — броня настолько тонка, что его и полноценным экзоскелетом назвать сложно. Но принцип функционирования такой же."

"Наконец обнаруживаю искомое и ""вскрываю"" экз. Несколько секунд разглядываю молодого парня, залитого кровью. Ради чего он атаковал? Принял нас за кого-то ещё? Может его послали та самая пара, что укрывается где-то здесь? По сравнению с целым сектором, уничтоженным радиацией, это мелковато.

Но со счетов всё равно сбрасывать не стоит.

По одежде самого “пилота” понять что-то сложно. Футболка и штаны, которые тут часто можно встретить. Личного оружия нет. Да и не поместилось бы оно в таком тесном экзе. Огнестрел за спиной, оказывается обычным автоматом. Переделанным так, чтобы можно было подцепить на точки крепления брони. Но это всё равно обычный ствол — понятно, почему парень не стал по нам стрелять. Понимал, что нанести реальный урон не выйдет.

Вот с клинками другая история. Встроенное оружие экза, который явно разрабатывался под диверсионно-разведывательные задачи.

С высокой долей вероятности, ими он нашу броню пробил бы. Правда не успел — Уна добралась до него первой.

Самой интересной находкой становится надпись выгравированная на правой лопатке экзоскелета. ""Пятый республиканский корпус"".

Прочитав её, я со вздохом выпрямляюсь. Не понимаю. Сначала десятый легион. Теперь пятый корпус. Откуда всё это? Ладно преыдущий текст — он мог быть оставлен как угодно давно. Но сейчас передо мной работающий экзоскелет. В котором имеется живой боец, что пытался нас прикончить.

Это уже непохоже на реликты прошлого. Да, он был один и без нормального оружия, а сама броня не выглядит новой. Но если на нас налетит десяток таких же, справиться будет гораздо сложнее.

— Я могу просканировать начинку. Слить данные, которые уцелели в жёстких дисках.

Машинально поднимаю глаза на фигуру Уны, которая держит позицию наверху. А в наушнике звучит голос Санры.

— Судя по модели, это разведчик или диверсант. После гибели пилота, накопители должны были самоликвидироваться.

Наша собственная разведчица ловко спрыгивает, приземлившись на металлический пол.

Наклоняется к телу.

— Вот сейчас и проверим. Возможно что-то уцелело.

Как скоро выясняется, система сбора данных всё же частично цела. Но процесс их расшифровки занимает около получаса, за которые я успеваю несколько раз прокрутить в голове ситуацию.

Основной вопрос — кто это такие? Легион, республиканский корпус — все эти названия слабо соотносятся с профилем сектора. По крайней мере, если отталкиваться от того, что мы сейчас наблюдаем.