— А у нас полвойска — зверье лютое. Люд режут без толку, словно волки бешеные — овечью отару. Дома́ бога здешнего жгут вместе со жрецами… — И, опережая возражения: — Вот скажи мне, Стемид, стал бы ты разговоры вести с теми, кто Перуна сжег?

— Перуна не сжечь, — возразил белозерский князь. — Только идола деревянного. Но ты прав: кабы кто подобное содеял, я бы с ним говорить не стал. Или выкуп стребовал подобающий, или наказал бы примерно. И тебя я понял. Все мы тебя поняли, — Стемид оглядел остальных, получив в ответ согласные кивки. — А вот что мне неясно: почему ты, сын, зная сие, не пошел к Олегу и не сказал ему то, что только что — нам? Почему утаил знание?

— Я утаил? — Сергей изобразил удивление. — Разве он меня спрашивал? Он и в прошлом походе меня не спрашивал. Он — старший, Олег. А еще он — Вещий. Откуда мне знать, что ему ведомо и что у него на уме?

— А вот я бы его спросил, — проворчал Веремуд. — После прошлого Олегова похода у меня только одна рука осталась. Не хотелось бы и ее потерять.

— Ну так пойдем и спросим! — заявил Фрёлаф, поднимаясь. — Спасибо тебе, княжич Вартислав, за угощение щедрое! Мы тебя услышали. Дальше — сами.

Глава 12

Глава двенадцатая. Пришла беда, разгружай корабли

— Значит, зверем меня считаешь? — вполне добродушно поинтересовался Олег.

Сергей выразил удивление. Молча.

Олег прислал за Сергеем отрока. Пригласил к завтраку. Вежливо.

Завтрак у князя — это мероприятие. Застолье.

Не в этот раз. Олег в шатре был один. Если не считать самого завтрака. Даже Ангвлада не было. А ведь Безъязыкий в походе постоянно рядом с князем. Это удивило. Но не меньше того, что великий князь продолжал жить в шатре. На взгляд Сергея, в доме куда удобнее. А домов хватало, причем таких, каких ни у одного князя на севере не было. По уровню удобств точно.

— Ты вчера сказал: ромеи со зверьми переговоров вести не будут, — напомнил Олег.

— И не только ромеи, — уточнил Сергей. — Со зверьми не договариваются. Их убивают, укрощают или прикармливают.

— Или боятся, — так же благодушно добавил великий князь. — Ты ешь, Варт, не стесняйся.

— Благодарю, позавтракал. Хочешь, княже, чтобы тебя боялись?

— Враги? Кто ж не хочет, чтоб его все враги боялись?

— Я, — сказал Сергей.

Вино у великого князя — так себе, угощения простые, походные. Но обстановка уютная. Просторный шатер оборудован на высшем уровне. Роскошь в каждой занавеске. Судя по письменам — хузарской работы походное жилище. А вот подушки — здешние. С вышитыми на шелке мирными сельскохозяйственным сценками. Хотя сама по себе манера византийская вышивки ни о чем не говорит. Могли и рабы постараться. Однако шатер точно хузарский, а они людей не изображают.

— Поясни, — попросил Олег. — Прошу.

Как-то он подозрительно мягок этим утром.