Железное правило «с началом грабежа управление армией теряется» сработало и на этот раз. И если основное войско русов держалось и действовало более-менее компактно и целенаправленно, концентрируясь именно в районе столичных предместий, то многочисленные союзники высаживались где попало, вернее, там, где можно было высадиться, и тут же начинали грабить-убивать.

Кое-где им оказывали отпор. Но в большинстве случаев начиналась чудовищная резня. Причем бессмысленная. Людей, скот, птицу убивали без разбора. Просто потому, что могли. И ладно бы нурманы, но и те, кого Сергей считал спокойными и мирными: полоцкие кривичи, меряне, радимичи… Толпы опьяневших от крови и безнаказанности варваров. В точности, как их и представляли запершиеся за стенами константинопольцы.

Олегу было пофиг. Русь планомерно разоряла богатые предместья. Тем же занимались и Стемид с сыновьями. Дружина Сергея, естественно, не отставала. Хотя убийства ради убийства Сергей сразу пресек. Гуманизм в здешних реалиях был не в чести, потому аргументировал Сергей традиционно: кто хочет кого зарезать, вперед и с песней. Но сначала выкупи по справедливой цене у общества, а потом режь. Желаешь девку спортить — аналогично. Выплатил разницу — и развлекайся.

И сразу кровожадность пошла на убыль даже у свирепых нурманов. Крысить у своих — не по чести, а платить серебром за покойников — это как веслом по гениталиям.

С Рёрехом Сергей тоже провел разъяснительную работу: втолковал, что здешние смерды — это товар. И каждый прибитый к церковным дверям попик — удар по кошелю. Не говоря уже о порушенных резных дверях и самих церквях.

Рёрех проникся. И поделился информацией с папой Стемидом. Папа был смущен. Потому что — рачителен. Печалился теперь, что сам должен был сообразить, но увлекся общими настроениями: бей, режь, жги, все ведь не наше!"

"А оказалось, очень даже наше. Каждый торговец на севере знает: Константинополь весьма охотно покупает чужих холопов. Неужто своих собственных смердов не купит? Пусть даже и со скидкой. Причем челядь из северных краев надо не только добыть, пленив или схитив у соседей, но еще и доставить сюда, за тридевять земель. Кормить-поить в дороге, обеспечить минимум комфорта, чтобы не померли от какой-нибудь заразы. Это ж какие неслабые логистические расходы!

А тут — лепота. Поймал и практически на месте продал. Вон он, град кесарей ромейских, полный злата, серебра и прочих полезностей. Да, силой его не взять, а вот сменять серебро на пленников — милое дело.

Так что подсчитал белозерский князь нечаянные убытки, взгрустнул и немедленно запретил резню и прочие безобразия. И на вечерней пьянке поделился мыслями с друзьями-князьями.

И те тем же вечером заявились к Сергею. Консультироваться пришли.