Пара минут, и он поплыл. Горячий настой усваивается быстрее, а пациент еще и парами надышался.

Сергей успел убрать кубок, и обошлось без ожогов.

— Приятно почивать, — сказал гостю Сергей, подкладывая ему под голову соболью шапку.

— Ну все, — Избор решительно поднялся со скамьи. — Будем порчу выбивать. С тебя начну, — хлопнул по спине ту, что постарше. — Скидывай порты.

— А можно он будет выбивать? — застенчиво попросила баба, показав на Сергея.

Вот ведь сообразительная.

Сергей фыркнул, снял с рога-вешалки шубу и вышел из избы.

Двор был пуст. Сопровождающие расположились за пределами усадьбы. Тянуло дымком и съестным.

В воротах опять сидел волчок. Глядел на гостей, пуская слюну. Гости косились на него, но кинуть подачку не решались. Вдруг здоровенный волчара не на угощение, а на них слюноточит.

Кстати, и стая где-то поблизости ошивается. Иначе с чего бы лошадкам пришлых так беспокоиться.

Сергей надел шапку, спустился с крыльца. Прошел мимо кобеля-полукровки.

Гости жарили кабанчика. Изгнанный жрец сидел с ними. Вещал что-то. Второй кабанчик, покрупнее, выпотрошенный, лежал неподалеку.

Сергею поклонились, предложили место у огня.

— Позже, — бросил Сергей.

Поманил Волчка, показал на кабанчика.

Два раза предлагать не пришлось. Схватил и понес к лесу. Именно понес, а не поволок. Крепкий парнишка, как и все полуволки. А ведь еще не заматерел по-настоящему.

— Ты что творишь? — возмутился жрец. — За чужой…

Сергей двумя пальцами взял его за шею. Сжал.

Жрец взвизгнул. Вцепился в руку Сергея.

— Ровно сиди, — посоветовал тот, немного ослабив хват.

И глянул: как остальные? Не собираются вмешаться?

Не собирались. Все, включая воев-охранников. Глядели с интересом и предвкушением.

— Не любят тебя люди, — сказал Сергей. — Есть за что?

И снова поглядел на сидевших вокруг костра.

— А за что его любить, пиявку? — проворчал один из воев. — Только и знает: прокляну, прокляну… И приношений требует.

— А тут ты не прав, — нравоучительно проговорил Сергей жрецу. — Людям помогать надо.

— Я тебя не боюсь, нелюдь! — дрожащим голосом заявил жрец. — И духа твоего заклятого не боюсь. Уходи, откуда пришел!

— Вообще-то я у себя, — Сергей усмехнулся. — Я — из княжичей белозерских, а здесь наш удел. Верно говорю, люди?

Люди охотно подтвердили. Немножко нервно, потому что неподалеку приступила к питанию стая мамы-волчицы. А волчья трапеза — не самый тихий процесс.

— Вы тоже кушайте, люди, — разрешил Сергей. — Это звери Изборовы кормятся. Им младший вашего кабанчика отнес. Считайте, дар от вас. Теперь не тронут, когда обратно пойдете.

— Так мы это, волков не боимся, — сказал второй из воев. — Чего они нам. Большая стая-то?

— Не особо, — Сергей чуть сильнее придавил собравшегося высказаться жреца. — Да не в числе дело.