Всякий раз убегает она на самую высокую башню замка и смотрит, смотрит, до боли напрягая глаза, на прекрасного всадника на красавце коне, мчащегося по самой кромке беснующихся волн. Никогда ничего красивее не видела в своей жизни Долорес. Никогда и ничего…

***

– Ах! Долорес! Долорес, он идёт к нам!

– Он идёт к выходу, милая Грейс. А мы просто стоим у него на пути.

– Но он же всё равно пройдёт близко, как ты не понимаешь, Долорес! Ах, я, наверное, сейчас упаду в обморок от волнения!

– Хочешь продемонстрировать ему свои панталоны, Грейс?

– Как можно шутить в такую минуту, Долорес! У тебя нет сердца! Ты гадкая, гадкая! – и прелестные глазки леди Грейс чуть увлажнились слезами обиды, что придало им ещё немного блеска.

Но падать в обморок, пожалуй, и правда не стоит. Вдруг у неё не получится упасть красиво? Или, действительно, упаси Создатель, подол задерётся слишком сильно? Вот будет позору-то на всё королевство!

Глава 21 ОН

Луис Артур Эдмунд Даниэль Кеннет…

Зал приёмов стал похож на торт с множеством разноцветных кремовых роз… Так мимолётно подумал молодой принц, проходя мимо приседавших перед ним дам. Он не смотрел на их лица, но слегка сморщил идеальной формы нос от обилия духов, коими разило от этих созданий.

Впрочем, он мгновенно забыл о них, стоило ему переступить порог брызжущего блеском высшего общества зала и оказаться в прохладном широком коридоре, освещённым множеством свечей в массивных золотых подсвечниках. Свечи горели неровным трепещущим светом, окрашивая золотом стены с портретами предков в резных рамах."

"Около одного из портретов стояла молоденькая девушка в скромном белом платьице. Ни нитки драгоценностей не было на ней. Её блестящие чёрные волосы были собраны в простую гладкую причёску. На чистой нежной коже не нашлось бы и грамма порошка, коим любили посыпать лица и плечи дамы высшего света, дабы скрыть имеющиеся изъяны. Её глаза, опушённые длинными густыми ресницами, сияли, словно два огромных бриллианта.

Девушка присела в глубоком почтительном реверансе, стоило принцу поравняться с ней. Лёгкая ткань платьица слегка отстала от тела, явив взору трепетную нежную грудь. Принц остановился перед девушкой.

– Ты служишь во дворце?

– Да, Ваше Высочество, – тихо ответила она, теребя тонкими пальцами небольшую тряпицу.

– В чём заключаются твои обязанности? – изволил поинтересоваться Луис Артур Эдмунд Даниэль Кеннет.

– Я должна содержать в чистоте портреты Ваших великих предков, Ваше Высочество, – нежной музыкой прозвучал серебристый голосок прелестной служанки.