Красные и синие купюры падают прямо в грязные тарелки, прилипая к остаткам пищи.

— Давай дружить, Лютый. Я не обману, ты знаешь, — протягиваю ладонь.

Стас стоял в пол-оборота, напоминающим хищную птицу, раздувая ноздри. Повернул голову. Встречаюсь с темными глазами, такие были у адвоката дьявола в фильме, словно на тебя два дула направлены. Не дрогнула. Руку не опускаю, хотя пауза затянулась. Резкий выпад и моя ладонь оказывается в жестком захвате. Больно. Терплю, сцепив зубы. Это сделка.

— Тот, кто меня обманывает, долго не живет… Подруга.

33

Встречная парочка целуется. Затем, держась за руки, идут, что-то бурно обсуждая. Молодые. Беспечные. Влюбленные. Им плевать на мнение окружающих. Двоих счастливчиков замкнуло друг на друге. Со мной такого не было. Никогда.

Рациональная женщина Даша думает, как не обделаться перед сыном и устроить ему новогодний праздник не хуже, чем предыдущий, когда мы уехали в прежнем составе семьи на турбазу и собрали весь снег в штаны с ближайших гор. Титов вроде заикнулся вместе сходить на каток, где будет елка и какое-то представление для детей… Мероприятие на пару часов я выдержу. Решаюсь ради Мишутки пойти на этот сраный каток и отбить себе колени. Фигуристка из меня никакая, но стоять могу и отталкиваясь, скользить вперед, размахивая руками и повизгивая: «Разойдись!».

Пью кофе, примостившись на лавочке, вытянув коньки. Номинально я в этом орудии пыток на ногах отметилась и даже прокатилась вдоль бортика. Теперь, имею право сидеть и наблюдать, как бывший муж и сын нарезают по льду загибули.

— Мам, смотри, как могу! — Миша катится задом наперед, потом резкий разворот…

Зажав стаканчик между колен, хлопаю перчатками и показываю два больших пальца. Я, правда, им горжусь, такое не сыграть на публику. Мне наградой довольное родное личико.

Неожиданно замечаю на катке Кирилла. Улыбка сползает с губ. Я ни разу не ответила на его звонки и сообщения… А теперь он с девушкой. Немного полноватая, щеки румяные, что называется «кровь с молоком». Густые волосы пшеничного цвета заплетены в косу.

Прислушиваюсь к внутренней акустике. Нигде не екает и не жмет. Тишина в эфире. Бизон выглядит довольным и иногда дотрагивается до пышки, которая заливается хохотом, не стесняясь, широко… до самых гланд, явно переигрывая. Пожимаю плечами. Выкидываю стаканчик в урну. Меня Кирилл не заметил или сделал вид…

— Мам, пошли к елке! — машет руками сынишка, показывая на большую искусственную конусообразную конструкцию. Уже вечереет, и на ели вспыхивают огни, голубые и красные. Мне неудобно. На раскорячку, еле переступая ногами, ползу в сторону елки. Завтра будет болеть жестко все, от пят до поясницы, но я иду… Потому, что праздник, елка, новый год. Моя улыбка похожа на оскал.