Офицеры вышли из машины, перебрались через канаву водостока. Романчук чертыхался – сплошные ямы да канавы! Очевидно, «Опель» съехал с дороги раньше, водитель нашел ровный подъезд к скале. Мелькнула тревожная мысль: «Почему так сложно?»

Они неторопливо двигались к машине. Красноармейцы ждали, оставаясь в напряженных позах.

– Товарищ майор, на скале кто-то есть… – внезапно зашептал Романчук и сбавил ход. – Человек шевелится, я голову видел…

Словно молния сверкнула в мозгу. Так вот в чем дело! Мурашки побежали по спине. На скале действительно кто-то прятался. Вроде один человек, но кто его знает… И лучше не задумываться, какую роль во всем этом играет брошенный «Опель»…

– Молодец, Романчук… – прошептал Андрей.

 – Мужики, делаем вид, что ничего не заметили, идем, как шли… Лица сделайте попроще. Впереди канава, падаем в нее… Других бы еще из опасной зоны вывести…

Канава приближалась, колотилось сердце. Только бы не начали раньше времени! Пот струился по лбу. Бойцы у машины что-то почуяли, озадаченно переглянулись. Как жалко, что у них на затылках нет глаз! Где ты, хваленая бдительность советского солдата?

Вершина скалы плясала перед глазами.

Трудно что-то различить боковым зрением. Но там определенно затаился человек, он занял выгодную позицию и все видел. Дай бог, чтобы только один…

Офицеры дружно кинулись в канаву, залегли. До опасного участка оставалось метров тридцать.

– Мужики, валите от машины! – крикнул что есть мочи Гордин. – Сюда! Машина заминирована!

Только проворность всех и спасла! Красноармейцы не стали переспрашивать – помчались через пустырь, бледные от страха. Спина – она все чувствует. Они успели отбежать от машины метров пятнадцать, когда человек на холме сообразил, что план не сработал.

Он не умел, по счастью, быстро перестраиваться, упустил драгоценные секунды.

В машину была заложена мощная радиоуправляемая мина! «Опель» подпрыгнул, мощный столб дыма устремился в небо, разбрасывая куски искореженного металла. Ударная волна дошла до канавы, больно ударила по головам. В момент взрыва бойцы совершили невероятный прыжок в яму – и все, что могло их убить, прошло выше. А ведь убить могло всех пятерых, не прояви Романчук наблюдательность. Машину подставили специально, зная, что ее будут искать, до поры незначительная мишень в лице рядовых красноармейцев злодеев не прельщала.

Ждали крупную рыбу из контрразведки…"

"В голове взрывались термоядерные фугасы. В глазах светлело, потом опять наползала темнота. До чего же он устал на этой проклятой войне!

Машина горела жадным пламенем, дым стелился по округе. Взрывник, допустивший оплошность, стал строчить из автомата. Пули чиркали по камням, будто кусочки щебня. Завозились красноармейцы в яме, дружно ругаясь.