— Плоскодонка. Трое рыбаков. У одного… — он нахмурился, — у одного удочка запуталась, ругается сейчас.

Через минуту показалась обещанная плоскодонка. Троица рыбаков во главе с краснолицым толстяком, который действительно яростно распутывал леску, фонтанируя проклятиями.

— Твою ж налево! — взвыл толстяк. — Какой придурок лодку против ветра повернул, когда я забрасываю⁈

Волнов расхохотался:

— Это Пузырь! Он вечно всё путает! На прошлой неделе трос причальный запутал, не мог лодку отвязать, теперь вот с удочкой воюет!

На четвёртый раз Федька расслабился слишком сильно.

— Водный трамвай, — заявил он уверенно.

Из-за поворота выплыл прогулочный катер, разукрашенный во все цвета радуги. На носу красовалась деревянная русалка с неприлично большой грудью.

— Мимо! — радостно потёр руки Волнов. — Это «Морская красотка» Семёна! Он на ней молодожёнов катает! Рубль мне!

«Опять фальшивка», — возмутилась Капля. — «Они хоть раз русалку видели⁈»

«Они себе так представляют русалок».

«Глупые!»

На пятой попытке Федька сосредоточился, нашёл баланс между напряжением и расслаблением.

— Грузовое судно, — медленно произнёс он. — Движется медленно, осадка глубокая. Похоже, что с углём. Кто-то на палубе поёт… что-то про любовь.

Волнов даже трубку изо рта вынул, ожидая. Из-за поворота медленно выползла угольная баржа. С палубы доносился надрывный голос:

— Ах, зачем ты, Маша, с Петькой погулялааа! Моё сердце бедное на части разорвалааа!

— Три из пяти! — объявил я. — Платите, Иван Петрович.

Волнов полез в карман, вытащил кошель достал рубль и протянул Федьке:

— Честно заработал, парень! Талант у тебя! Где ты только его нашел, Данила?

— Он сам меня нашел, — пожал плечами.

Волнов тем временем вернулся к своим камням:

— Ладно, господа, давайте к делу! Мои красавицы ждут ваших талантов! Вот, специально вынул из четырёх лучших лодок. Эти из тройки, на ней молодожёны или парочки влюбленные каждые выходные катаются. А эти из семёрки, любимая посудина рыбаков!

Я присел перед камнями на корточки. Восемь невзрачных голубоватых камешков, каждый размером с грецкий орех. На первый взгляд обычные камни, каких тысячи. Но стоило прикоснуться, и у каждого оказывается свой голос.

Взял первую пару. Левый камень вибрировал на одной частоте, правый совершенно на другой.

— Смотри внимательно, — сказал Федьке. — Это тоже входит в наши способности, только на другом уровне.

Федька сосредоточился, но ничего не ощутил. Не удивительно, для него это пока был недостижимый уровень.

В мое время учили не так, как сейчас. Это сейчас с учениками носятся, составляя для них программы, устраивая зачёты и экзамены. И получают избалованных оболтусов, которые учатся не основам дара, а тому как лучше списать друг у друга.