Да только какой от меня толк? И не позволит.

– Рик, давай я посижу в квартире. Тем более Катеринка придет. Со мной все хорошо будет.

Он отрицательно покачал головой.

Ладно. Попытка – не пытка.

Я обратила свое внимание на сломанный нос, провела по нему, переключилась на брови, скулы. Сердце больно защемило от всепоглощающей нежности к этому мужчине. Я влюблялась, и не один раз. Знаю, каково это. Однако сейчас… сейчас было иначе. Глубже, больше. Сейчас слова «любовь» катастрофически не хватало. Оно просто не отражало то, что я чувствовала. Я потерялась в Рике, стала неотъемлемой частью, причем не самой большой.

И, кажется, хуже уже быть не могло. Тем не менее с каждой минутой становилось. Словно кто-то свыше из странной прихоти наживую пришивал меня к нему, раз за разом безжалостно прокалывая тело насквозь иглой. Сильный, властный, надежный, умный, ранимый, он вытянул мою душу, а я, глупая, только за.

– О чем ты думаешь?

Вопрос Рика вернул на землю.

– О тебе, – искренне ответила я.

На мгновение повисла пауза.

– И?

– Что «и»? – среагировала я на плохо скрываемый интерес в его голосе.

– Хочу знать твои мысли.

Бесцеремонный, нахальный, а еще красивый и сексуальный…

– Не скажу.

Да и как такое скажешь?

Мгновение – и я прижата спиной к дивану. Серо-желтые глаза внимательно изучают меня.

– Говори.

Я на свой страх и риск отрицательно помотала головой. Рик зарычал.

– Почему?

– Это мои мысли.

Он бессильно оскалился, вскочил, оделся и принялся метаться по комнате. Я с тревогой наблюдала за ним. Села, подтянула на себя декоративное покрывало. На полу все еще валялась книга Пыжиковой. Рик поднял обложку и, открыв балконную дверь, вышвырнул с шестого этажа.

Кажется, белый вихрь начинал плавно переходить в смерч, рискуя разрушить все вокруг. Я глубоко вздохнула и приняла плохое решение. Никогда первая не сознавалась ни в чем таком, но все же когда-то бывает впервые, правда?

– Я думаю, что ты самый умный, сильный, надежный, – он напряженно замер напротив, – властный, нахальный, эгоистичный, часто бесцеремонный, красивый, сексуальный, а еще нежный и ласковый. И я растворяюсь в тебе. Неужели не видно? Я не имею понятия, где кончаешься ты, а где начинаюсь я. И я не хотела говорить, потому что не знаю, что это.

И боюсь. Со мной так впервые.

Последнюю фразу я уже сказала из-под покрывала, под которое залезла с головой, свернувшись калачиком. Он не подходил. Я не видела его, а услышать вряд ли бы смогла. Ну что за дура такая? Потянуло на признания!

Диван прогнулся под тяжестью его веса. Сердце подпрыгнуло и пустилось наутек.

– Я хочу, чтоб ты полностью растворилась во мне, – раздался тихий голос над самым ухом, – хочу обладать твоим телом и душой, всей, без остатка, всегда знать твои мысли и желания.