Вообще, в Питере в метро можно встретить и более экстравагантных и запоминающихся людей, чем мой белый хищник, но это не мешало молодым женщинам бросать жадные взгляды в его сторону. Я прижималась щекой к его груди и старалась не смотреть по сторонам, потом решила проверить паспортные данные, которые вписали мне благодаря Бесу. Залезла в карман куртки, достала красную книжицу, открыла вторую страницу и уставилась на фотографию. Точно такие же у меня остались в ящике с документами дома после получения прошлого паспорта.

– Рик, а где ты эту фотографию взял?

– В документах, пока ты купалась.

– Так ты возвращался?

– Да.

– Я… ты не говорил.

– Зачем? Я быстро.

Вздохнула.

– Я волновалась. Ты ушел и ничего не объяснил. Знаю, не любишь говорить, но все равно… – невнятно пробубнила я ему в майку.

Ладонь коснулась затылка, нежно помассировала кожу, я еще раз протяжно вздохнула, обратилась к паспорту, прочла данные, нахмурилась, еще раз прочла.

– Рик, – позвала я, когда поезд снова снизил скорость и стало можно говорить. – Ты перепутал.

– Что? – Он удивленно взглянул на меня.

– Фамилию.

Рик заглянул в паспорт и отрицательно покачал головой.

– Нет. Все верно.

– Но это… – Я осеклась. Догадка пришла сама собой. – Рик, чья это фамилия?

– Моя, – спокойно произнес он.

Сердце вместе с мозгом провалились в живот. Весь словарный запас вылетел в уши. Я молча пролистала, нашла штамп вчерашним числом.

– А свидетельство? – безысходно пропищала я.

– У меня.

Поскольку слов не было, мыслей тоже, я так и стояла молча, внимательно разглядывая странички. На выходе убрала паспорт на место, в карман. Мы вышли в город. Я вдруг ощутила себя птицей в силках. Меня по моей же воле поймали и посадили в клетку.

– Рик… – начала я, взглянув на его профиль.

Он сжал челюсть, и я тут же замолчала, поняв, что к чему. Страх потерять сильнее разумных доводов, а мой злодей боялся, иначе бы не поступил так. Я задушила свои глупые фантазии о птицах и клетках, прижалась к… мужу, обняла за талию, ощутила, как мышцы расслабились от моих прикосновений. Без него не смогу. Что ж, придется вытравливать то, что так надежно прорастила в его душе другая женщина. Мы, российские туристы, горы не обходим, мы в них дыры делаем.

Он вдруг резко остановился.

– Что? – встревожилась я.

– Там такой же.

– Где? – Я завертела головой.

– Молодой, – прошипел Рик. – Иди домой! Я приду.

Больше не произнеся ни слова, он исчез в толпе. Я растерянно потопталась на месте, потом медленно побрела по тротуару. Рик мог ошибиться, откуда здесь возьмется… Меня передернуло. Да не дай бог! Это же ужасно!

Занятая новоявленной проблемой, я неосознанно бросала косые взгляды на многочисленные прилавки, расположенные у края пешеходного тротуара.