Отключилась, уткнулась подбородком в правый кулак. Постучала ногтями по колену. Оглядела ободранный маникюр. Вздохнула. Рик присел передо мной.

– Меня уволили, – зачем-то сказала я. – Паспорта нет. Карточек нет.

Он встал.

– Ты куда? – удивилась я.

Он не ответил, вышел на лоджию, открыл створку и выпрыгнул. Я выглянула, но внизу его уже не было."

"Бес вернулся в десять утра, а точнее – в девять часов пятьдесят восемь минут (секунды мой телефон не показывал) он позвонил в дверь. До этого момента я успела: найти запасную связку ключей в инструментах, помыться два раза, перекрасить ногти, вытащить старую косметику, воспользоваться ею, подобрать одежду, закрывающую синяки, и оставшиеся восемь часов проходить из угла в угол по комнате. Бес как ни в чем не бывало зашел внутрь. Я вцепилась в него прямо на пороге и повисла, уткнувшись носом в новую белую майку, виднеющуюся под кожаной курткой. Дальше – лучше. Обнял, закрыл за собой дверь, достал из заднего кармана новенький паспорт и протянул мне.

– А-а… – сказала я.

– Не волнуйся, настоящий.

– А-а… – не восстанавливалась речь.

– Помолчи.

– Как скажешь.

С сомнением покосилась на его одежду, в голову залезли паршивые мысли. Серо-желтые глаза блеснули холодом, он отрицательно покачал головой. Я поняла, что ошиблась, и засунула свои глупые догадки куда подальше.

– Ты готова?

– К чему? – Соображалка, проведя бессонную ночь, совсем отказала.

– Ехать. К родителям.

Я энергично закивала.

– Как скажешь.

Накинула легкую джинсовую куртку, намотала на горло шарф и вышла за дверь.

В метро и автобусе мы выяснили, что платит Рик, когда я, по личному идиотизму (иначе не скажешь), забыв об особенностях панковского характера, попыталась пройти к кассе. Чем ближе мы приближались к дому, тем дурнее возникали в душе предчувствия. И дело было не только в Бесе. Моя семья… моя семья – своеобразна.

Калитка распахнулась еще до того, как мы подошли. В проеме стояла низенькая суровая женщина и хмурила брови.

– Привет, мамочка, – улыбнулась я.

Мы прошли во двор.

– Мамочка, это Рик.

Женщина строго оглядела гостя с ног до головы.

– В каких отношениях вы с моей дочерью?

Я сдержала стон. Ну вот… Хана всем отношениям! Ну почему бы ей вежливо не поинтересоваться, скажем, происхождением столь странного имени?

– В близких, – невозмутимо изрек Бес.

Она прищурилась.

– Доброе утро, Рик. Татьяна Игоревна, можно просто «мама».

Он кивнул.

Я облегченно выдохнула и тут же снова напряглась. С лестницы, гремя цепями и вообще всяческим железом, сверкая выбритыми висками, на всех парах летело создание крайне не нежное.

– Ленуха! Ну ты дала! – Катерина резко затормозила рядом с новым лицом. Оглядела его с ног до головы. – Крутые бутсы. Ты кто?

– Катенька, это Рик.