Ушел под руку с дубинкой, принял ее на плечо, выпрямился, одновременно рванув ее вниз. Противно хрустнули кости, зашелся криком человек, а он, подхватив его дубинку, упал, подсекая правой ногой второго, и в падении рубанул черным шлангом по шее.

Обожгло плечо. Достал его все-таки третий.

Ельцов перекатился и ударил его шлангом в пах.

— Ох, — только выдавил парень и согнулся, скорчился.

А Ельцов разогнул его, зажав шею свернутым шлангом.

— Кто, сука? Кто послал?

Парень начал хрипеть, обмяк.

— Кто послал, сука?! Убью!

И тот, почти теряя сознание, понял, что его сейчас убьют, и выдавил:

— Ястреб.

Ельцов отпустил его и одним ударом сломал ключицу.

Трое корчились на грязной земле. А он подошел к машине, завел и загнал ее за угол дома на пустырь. Там, открыв багажник, нашел тряпку, засунул ее в бак. Подождал, пока она пропитается бензином, потом сунул в горловину бака и достал зажигалку.

Почти все он делал автоматически. Внезапно острая боль вернула его к действительности. Исчез наемник, спецназовец, бывший зек. Посреди пустыря рядом с проходным двором на Второй Миусской стоял обычный московский мужик Юрий Ельцов.

Он вытащил тряпку и тут увидел котлован, на который сразу не обратил внимание. Здесь начали нулевой цикл, но потом законсервировали объект. Юра подогнал машину к самому краю, вылез и столкнул ее. «Шестерка» с грохотом съехала вниз. Зазвенело стекло фар, и машина легла на бок.

Но Ельцов не видел этого, он уже шел в сторону Большой Грузинской, предельно сокращая дорогу к дому.

Дядька открыл дверь, взял у него из рук шланг. Посмотрел на ссадину на лбу.

— Наехали?

— Было дело.

— Сколько их?

— Трое.

— Ты их…?

— Да, всех троих поломал немного.

И Юра рассказал, что случилось в проходном дворе. Потом дядька натер ему левую руку меновазином. Боль немного успокоилась."

"— Ну, что будем делать, племянник? — Ельцов-старший взял дубинку, похлопал ею по ладони. — Приличное оружие. Жаль только, с ним по улицам ходить нельзя. Тебе надо было убежать от них.

— Интересно…

— Очень интересно. Во-первых, они могли тебя покалечить…

— Ну, это надо посмотреть.

— Во-вторых, — жестко продолжал Игорь Дмитриевич, — не забывай, что у тебя не снята судимость. А эти чистоделы могут тебя закопать еще на пару лет за драку. Дерись только на территории восемьдесят восьмого отделения.

Дядька усмехнулся, хлопнул дубинкой по столу.

— Какие мысли, племянник?

— Не знаю.

— Тогда слушай. Они уже начали атаку.

— Кто — они?

— Пока не ведаю, но ситуация от этого не меняется. В отделение звонил генерал Кравцов из МВД. Орал на начальника, требовал аннулировать твою прописку. Но ему зачитали резолюцию первого замминистра, и он сразу же осел. Сказал, что был не в курсе, мол, ему поступил сигнал от общественности.