Что ж, тогда я не завидую его подчинённым сегодня — наорёт, как пить дать.

— Когда вернёшься?

— Э-э-э… Не знаю. Кэти, хотел поговорить с тобой. О нас.

Он поднял на меня глаза, и я застыла на месте, не донеся чашку до рта. Неужели он сейчас скажет мне что-то, что поможет мне прояснить наше с ним будущее? Внутри затеплилась надежда, что Мэтту не захочется разрывать наш брак. Иначе почему он заговорил со мной о нас именно сейчас? Ведь ещё рано.

— Я считаю, что ты достойно справилась со своей ролью и очень мне помогла, — заговорил он, глядя куда-то в сторону. — Но так как я… ну, можно сказать, заставил тебя играть роль моей фальшивой жены, то теперь понимаю, что был не прав. Я не должен был тебя держать. Наверняка тебе хочется строить свою личную жизнь, а я насильно держу тебя возле себя.

— Что ты хочешь этим сказать? — похолодела я.

Синие глаза застыли на моём лице.

— Я отпускаю тебя, Старшова, — сказал Мэтт. Каждое его дальнейшее слово отзывалось в груди физической болью. Только бы не плакать при нём, только бы не плакать… — Мы разведёмся раньше. Не буду тебя заставлять жить со мной полгода. Это всё… слишком далеко зашло. Ты понимаешь, о чём я.

Внутри все оборвалось и рухнуло в пятки. Наверное, это сдохла надежда и с грохотом упала вниз. Всё-таки я ему не нужна. Он ничего ко мне не испытывает. Ничего. Совсем. А я ведь поверила, что любовь возможна, сама в него влюбилась. Поверила, что главный герой моего романа принц, а не подлец. А кто виноват, Катя? Ты сама. Ты придумала эти замки на песках, которые Мэтт смыл одной волной. Он ведь ничего мне не обещал. Так какого чёрта так безумно больно?

Я подавила ком в горле и гордо взглянула на него:

— Хорошо. Как скажешь. Если моё присутствие в доме больше не требуется, то…

— Ну да.

— То я могу уйти, да? — переспросила я, желая услышать, что ошибаюсь.

— Да, можешь уйти, — кивнул Донован. — Жить там, где ты хочешь.

— Да, — ответила я и закусила губу до боли. — А как же… твоя должность? Тебе ведь нужно быть женатым.

— Ну, я немного погорюю для всех, что огорчён твоим уходом. А потом найду другую подставную жену.

— Ах, вон как. — Ногти впились до мук в кожу, чтобы не плакать прямо при нём. — Ты уже начал поиски?

— Да, начал.

— Всё ясно. Что ж, удачного дня, — улыбаясь встала со стула на ватные ноги. От нервов они плохо слушались, но держалась я, кажется, хорошо. — Когда ты вернёшься домой, меня уже здесь не будет.

— Да, хорошо. Но ты должна быть на работе в девять в понедельник. Помнишь?

— А… Да, конечно. Буду. Пока, Мэтт.

Больше я бы просто не смогла держаться. Еле заставила себя не перейти на бег. На втором этаже всё же ускорилась, закрыла за собой дверь комнаты и опустилась прямо на пол по ту сторону. Обняла колени и поддалась слезам, которые бурным потоком полились из глаз.