– А форту Даригноскую зачем-то едец-то?

Хаджар улыбнулся. Он уже и забыл, что значит вот так вот – просто разговаривать со встреченным по дороге попутчиком. Более того, он вообще забыл, что значит разговаривать со смертным.

А именно им – простым смертным, и оказался старик. Он, застрявший где-то на третьем уровне Телесных Узлов, был типичным представителем населения Империи.

Примерно девяносто процентов Дарнаса и Ласкана мало чем отличались от этого селянина. О чем, живя в столицах и путешествую по опасным землям, населенным истинными адептами, легко было забыть.

– По заданию, – честно ответил Хаджар. Он не видел никакого смысла врать своему благодетелю, решившему подвезти путника.

– Зада-а-а-анию, – протянул старик. – Звучит-то строго хак-то. Из военных пришлый?

Почему-то простой вопрос поставил Хаджара в тупик.

– Из военных зачит-цо, – сам же на свой вопрос ответил селянин. Он стеганул поводьями кобылу и та, презрительно фыркнув, пошла не быстрее, а, будто на зло – медленнее. – Тупая кляча! Жратвы не получишь!

Лошадь, испуганно заржав, прибавила ходу.

Хаджар засмеялся.

На ходу, наклонившись с телеги, груженой различными овощами, он сорвал придорожную травинку и положил её в рот.

Горькая.

– Почему ты так решил, дед? – спросил Хаджар.

– По взгляду, значит-цо, и решил.

– Так ты ж моих глаз не видишь, – засмеялся Хаджар.

– А их приметил сразу, как на дороге тебя увидел. Идешь ты такой и взглядом военным-то дорогу буравишь. Вот и решил подобрать, подсобить. А то не гоже государеву человеку в дырявых сапогах по дорогам бродькать.

Хаджар посмотрел на свои ноги. Сапоги, которые они с Эйненом купили себе по приезду в Даанатан, действительно уже давно прохудились.

И, сколько бы их не хвалил продавец, мол – “сделаны из шкуры Меченосца, прочнейшего из змеев”, а приключенческой жизни не выдержали.

Теперь вот Хаджар мог высунуть из носков пальцы и поиграться ими на ветру. Но он не жаловался. У него, на данный момент, было достаточно денег, чтобы купить себе хоть десять пар таких, но… Он мог найти для средств куда более полезное применение.

Даже не одно.

А то, в каком он наряде и в каких сапогах ходил, его мало волновало.

– У меня ведь и сынок и внучок и правнучок, все, как один, в служивые подались. За силой, славой и бугатством.

– Вернулся кто-нибудь?

– Неа, – дед поправил соломенную шляпу и снова пришпорил клячу. – ни один-то в отчий дом и не вернулся. Ну, то бишь – так, чтобы навсегда. Чтобы осесть. Землю там делать, или скот гонять. Не, им бы саблю, да сечю пожарче. Ну и бабу по-пышнее.

Дед хмыкнул, в чем Хаджар его тут же поддержал.

– Привозили сынков своих нам к бабке, да уезжали, а потом уж и не воротялись. Так вот и уживем. С землей, да с сиротками.

Хаджар посмотрел на поля.