Когда я пришла домой, то долго стояла под душем, пытаясь смыть с себя произошедшее…

Отец уже тоже знал, каким козлом оказался Эдик Кравец. Мама позвонила папе тотчас же после моего рассказа. Он пообещал приехать, как только освободится.

– Мы с Эдиком расстались, – еле слышно произнесла Алина, не сдерживая слезы. – Кажется, что навсегда, мамочка. Он… Он…

Сестра снова отчаянно разрыдалась у мамы на плече, а мама принялась ее успокаивать:

– Ну, ну, ну… Перестань, Алиночка. Мы знаем. Мы все знаем. И мы всегда будем с тобой. Моя девочка…

Следующие несколько дней в нашей квартире царила траурная и очень гнетущая обстановка.

Алина практически не выходила из комнаты. Рыдала целыми днями. Мама носила ей на подносе бульон, чай, фрукты… Но Алина не притрагивалась к еде, и мама вынуждена была нести все обратно на кухню. Сам Кравец попыток помириться пока не предпринимал и в нашей квартире не показывался. И это хорошо. Потому что папа был так зол на него, что, явись Эдик к нам домой, отец тут же спустил бы его с лестницы. Мама все эти дни тоже ходила как мешком прихлопнутая. Никто из домашних не ожидал такой подставы от правильного женишка Кравеца. Никто, кроме меня.

Собственно, поэтому между мной и сестрой и вспыхнул первый конфликт. Хотя конфликтом это все же сложно назвать. Алина просто на мне сорвалась.

В тот день маме удалось уговорить сестру хотя бы один раз пообедать с нами. Отец был на работе, а я только вернулась из школы. Алина, уже по традиции, осталась дома. Да, это первая зима, когда моя сестра начала прогуливать институт…

Наш обед казался мне бесконечным и таким тяжелым, что мне даже воздуха в груди не хватало. Алина сидела молчаливая, с распухшим от слез носом.

Было непривычно видеть сестру со взлохмаченными спутавшимися волосами и синяками под глазами. Мы обедали в тишине, без веселой болтовни Алины, которую всегда поддерживала мама. Странно, раньше мне казалось, что они чересчур много разговаривают за столом. Сейчас бы я отдала все на свете, чтобы наш обед проходил как обычно.

– Алиночка, сейчас начнется зачетная неделя, – осторожно начала мама. – Тебе все-таки нужно будет съездить в институт.

Алина вымученно подняла глаза на маму. Ведь в институте она наверняка столкнется с Эдиком или его новой пассией.

Это было мучительно и унизительно для сестры.

– Я, конечно, занимаюсь организационными вопросами по поводу отмены вашей свадьбы, – продолжила мама, – но сдать за тебя сессию не могу.

– Мама! Разве ты не понимаешь? Там будет он!.. – громким трагическим шепотом произнесла сестра.

– И что теперь? – подняла брови мама. – Институт и красный диплом бросать? Разве Эдик того стоит? Нет, конечно, кто бы мог подумать…

Я все-таки не сдержалась и закашлялась.

– Я могла.