Незаметнее.

– Почему? – он усмехается одним уголком рта. – Ты красивая. Есть на что посмотреть. И личико что надо, и губки минетные, и глазки золотые.

Я на мгновение теряюсь. Это комплимент? Или все же оскорбление?

И не золотые у меня глаза, просто светло-карие. Не надо тут выдумывать.

Лекса не смущает отсутствие ответа, он продолжает меня рассматривать.

Мне ужасно неуютно под его пристальным взглядом, поэтому я молча отворачиваюсь и смотрю в окно, на подъезд, в котором не так давно исчез Грин. Зачем он туда пошел, интересно? И когда вернется?

– Долго что-то, – бормочет себе под нос Лекс, словно отражая мои мысли. И вдруг я слышу такой странный щелчок, который меня заставляет обернуться. И от увиденного тут же застывает кровь в жилах, потому что у Лекса в руках пистолет. Настоящий, блин, пистолет, который он держит так уверенно и спокойно, будто ничего в этом нет такого.

– Тут побудь, двери я заблокирую, – коротко распоряжается он. – Схожу проверю, что там.

Но не успевает Лекс выйти из машины, как в дверях подъезда появляется Грин. Через плечо у него перекинута спортивная сумка.

– Наконец-то, – ворчит Лекс и убирает пистолет.

А я, перепуганная до невозможности, смотрю, как на сиденье рядом со мной приземляется туго набитая спортивная сумка. Молния чуть разъезжается, и я вижу, что внутри деньги. Целые пачки денег! И таких полная сумка!

Господи, это все-таки бандиты. Явный криминал.

Пашка, куда ты влез, придурок?

Я бросаю взгляд на свой фитнес-браслет, который показывает не только пройденные шаги, но и время, и понимаю, что прошел час. Еще через час Паша должен меня забрать.

Всего час. Целый час.

Как его только выдержать, непонятно.

Глава 2. Ледяная вода

Мы заезжаем еще в какое-то место, но на этот раз в машине остается Грин. Лекс ему негромко приказывает:

– Девочку не трогай, понял?

– Да нахрен она мне сдалась, – бросает Грин, копаясь в своем телефоне.

И правда, все то время, пока нет Лекса, он на меня даже не смотрит. Кажется, я его совсем не интересую, но это к лучшему. Я могу хотя бы немножко выдохнуть, потому что под прицелом внимательного взгляда Лекса это сделать невозможно.

Но вот он возвращается, и я снова напрягаюсь, потому что на заднее сиденье летит еще одна сумка. Она плотно закрыта, но судя по всему, там тоже деньги.

За что они получают столько? За оружие? За наркотики?

Нет, конечно, я хотела бы верить в лучшее, в то, что у них просто какой-то легальный бизнес, но как-то ни пистолет, ни набитые купюрами сумки к этому совсем не располагают.

Чтобы отвлечься от жутких мыслей, я решаю достать телефон, но мое движение замечает Лекс.

– А вот это лишнее, – спокойно замечает он и забирает у меня мобильник.

И вот это уже неприятный знак. Первое ограничение свободы.

Это очень и очень напрягает.