Но вряд ли это твоему рыжему понравится.

– Вы что, хотите мне кляп в рот засунуть?! – от возмущения я даже перестаю их бояться.

– Хочу засунуть, ага, – хмыкает Лекс. – Только не кляп.

Грин грубо фыркает, едва сдерживая смех.

– А что? – не сразу понимаю я. Но уже через секунду до меня доходит, и от ужаса и стыда я вся вспыхиваю. – Ой…

– Ойкать под своим рыжим будешь, девочка. А сейчас помолчи.

И в этот раз я послушно затыкаюсь.

Мы куда-то едем, кажется, на окраину города, потому что я не узнаю мелькающие за окнами пейзажи. Какая-то промзона, гаражи, частные дома… В голове жуткие мысли, и я стараюсь себя от них отвлечь, вслушиваясь в те реплики, которыми между собой лениво перебрасываются Лекс и Грин.

– Тот заказ из Москвы пойдет по шесть процентов, я обещал.

– Ок, понял. Там много, надо с инкассаторами договариваться?

– Много, но они сами. В понедельник подъедут заберут.

– Понял, скажу Сонику. Он в банке сейчас вроде, да?

– Там. Я сам ему скажу, это просто чтобы ты в курсе был.

Их разговор меня, как ни странно, успокаивает, потому что, судя по их словам, они никого не планируют убить или ограбить. Банки, проценты, инкассаторы – вполне себе подходящие слова для честного бизнеса. Вряд ли Пашка стал бы влезать в криминал, правда? Он ведь хороший парень. Мой папа всегда так про него говорит. Хороший, добрый, ответственный…

«…очень хороший, ага. – вдруг ядовито говорит мой внутренний голос. – Подставил тебя под удар, а сам уехал».

«Нет! – мысленно возражаю я сама себе. – Не подставил! А попросил помочь! И точка. Со мной все будет хорошо! Но люлей он у меня, конечно, получит. Потом. Когда все это закончится»."

"Мы заворачиваем в какой-то неприметный двор с четырехэтажными старыми домами и тормозим перед подъездом. Парни, как по команде, поворачиваются ко мне и хмурятся.

– Пойдем вдвоем и оставим ее в тачке? – недовольно спрашивает Грин.

– Нет, – отвечает Лекс через паузу. – Иди один. Я тут буду. Там не так много, да и с Ринатом проблем никогда не было.

– С рыжим тоже раньше не было, – цедит Грин. – А теперь, бля, шлюху его с собой возим, как будто нам делать больше нехрен.

Это он про меня?! От унижения лицо начинает гореть, но тут вдруг его осаживает Лекс.

– Завали, Грин, – негромко советует он.

В его голосе столько силы и скрытой угрозы, что тот хмурится еще сильнее, но нехотя кивает и с силой хлопает дверью, выходя из машины.

Он уходит, а Лекс остается, и мне вдруг начинает не хватать воздуха. С ним наедине еще страшнее, хоть он и только что за меня заступился. У этого парня слишком давящая энергетика, а еще он чересчур откровенно меня рассматривает. Как будто я товар на витрине.

Несколько минут я терплю, а потом не выдерживаю.

– Пожалуйста, не смотрите так на меня, – я пытаюсь съежиться и стать меньше.