И отпустить на все четыре стороны, сделав все, чтобы Майская избежала унизительных расспросов со стороны ментов, которых он будет вынужден принимать здесь уже вот-вот.

Он выбрал первое.

- Тогда сейчас приедут службы, расскажешь им все, а потом можешь быть свободна, - сказал он Снежане. - Я бы просто ушел, но речь ведь о моем отце, как ты понимаешь.

Подойдя к ней, Вадим без особого труда забрал телефон из ее пальцев и направился к выходу из комнаты. Майская отвисла не сразу. Он почти добрался до двери, когда она подскочила к нему и зашептала:

- Вадим… что ты делаешь?

Схватила его за плечо, пребольно впившись хищными коготками.

Он обернулся инстинктивно. Увидел, какое мерзкое выражение появилось на лице Снежаны. Подобострастное, но в то же время полное злобы. Впрочем, сейчас он понимал одну вещь - всего лишь случилось то, что он запоздало осознал, какое добро из себя представляет Майская. А может, она была таковой всегда?

- Ничего, - пожал он плечами. - Просто иду вызывать полицию.

Высвободившись и зло оттолкнув от себя Снежану, Вадим быстро выудил ключ из замка, после чего покинул комнату и запер Майскую рядом с бездыханным телом папы.

С той стороны дубовой преграды тут же раздались стук и крики. Но Вольскому было на это плевать.

В какой-то мере он теперь даже получал удовольствие от происходящего…

8.

Водоворот бесконечных вопросов и решений дел, связанных со смертью отца, закрутил Вадима. Он старательно пролистывал все статьи на эту тему, которые попадались ему в новостях. Пару раз зацепился взглядом за то, что информация, где именно нашли труп Виталия Вольского, все же просочилась к журнашлюшкам. Что ж… В целом, ничего страшного. Ментам, которые могли открыть рот и поведать миру, где именно, в каком виде и в чьей компании был найден его отец, он заткнул пасти деньгами. Но, конечно же, за их молчание не ручался.

Его, в целом, возможно бы даже не затронуло, если бы вся нелицеприятная правда вылезла наружу, хотя настолько сомнительной славы Вадим и не желал. Гораздо больше его трогал тот факт, что Яна ему за это время даже не позвонила. Он все же был отцом ее ребенка, неужели она это не брала в расчет?

Кстати, о ребенке. Раз старый пердун помер (и Вольский уже даже считал, что туда ему и дорога), то обо всей этой гонке, когда они носились, как полоумные, чтобы завести наследника, теперь можно было забыть.

Так Вадим думал ровно до тех пор, пока к нему не приехал семейный адвокат.

- Садись, - кивнул он Денису Алтышеву, указав на кресло напротив себя. - Давай обсудим, что и как я должен делать дальше, чтобы вступить в наследство.

Алтышев нахмурился, когда присел и достал папку. Вольскому не понравилось выражение его лица.

- Виталий Вадимович не говорил тебе, что оставил завещание? - уточнил Денис, и Вадим похолодел.