– Вы бы, Лика Сергеевна, подумали, может… реально продать компанию?

– Что? – Слова сотрудника меня просто обескуражили. – С какой стати я буду что-то продавать? И вообще… Кто вам дал право так со мной разговаривать и предлагать мне такое? Ваше дело договориться с северянами по поводу стройки! Что хотите делайте: цену снижайте, обещайте сроки урезать, плюшки какие-то придумывайте, но делайте! Я от вас только и слышу – сделка сорвана, контракт не подписан. Начинаю думать – а не засланный ли вы казачок!

Андрей густо покраснел, хотел что-то сказать, но в итоге промолчал, пробормотав извинения.

Дальше я вполуха слушала доклад по будущим тендерам, которые, судя по словам моих топ-менеджеров нам не светили от слова совсем.

Настроение упало еще ниже плинтуса, хотя, куда уж ниже?

Я кое-как окончила совещание, сотрудники потянулись на выход, только Николай Петрович задержался, специально уронив бумаги, и неуклюже наклонившись, собирая.

– Николай Петрович, что-то сказать хотели?

– Да, Лика Сергеевна, слушай меня, я уж по простому. Не доверяю я Андрею. Ты прям в точку про то, что он засланный! Давай-ка я к нему направлю своего человечка, в его епархию переведу тихонько и поглядим. Не нравится мне все это. И как мужики тебя давят, не нравится.

– Кого вы имеете в виду под мужиками? – Яне сердилась на фамильярность Петровича, он мне в отцы годился, сотрудником был уникальным и верным.

– Царёв этот. Тёмная лошадка. Злой и наглый. Словно… Зуб на тебя имеет.

Имеет! Еще какой зуб!

Только пока я даже ближайшему заместителю об этом не могла сказать!

– И еще… Швец, который Вадим Анатольевич.

– А что Швец? – постаралась сохранить спокойствие я, потому что фамилия Швец уже вторые сутки вызывала у меня нервный тик.

– Пока не могу понять, но мы же с ним несколько раз пересекались, да? Вроде как он заказами помогал, тендеры вам подкидывал на субподряд? Но… хреново это всё срасталось, и я знаю, что он потом вам же и выговаривал, мол наша компания виновата, вы, наши сотрудники…

Да, было дело, именно так и было. Вадим На меня рычал, объяснял, что мои же действия и действия моей команды топят компанию. Сейчас я понимаю – тут, скорее всего, прослеживалась рука Ремизова. Это он мне гадил, попросту говоря!

А я-то считала, что я такая неумёха в бизнесе!

– История со Швецем мне тоже не нравится, Николай Петрович, но там, я очень сильно подозреваю, не его вина. И не наша.