А уж в том, что она не станет крутить головой и глазеть по сторонам, я был уверен. Слишком хорошо я ее изучил.

Народ был еще не пьян, и все сразу заметили, что мы не переминаемся с ноги на ногу, а действительно танцуем. Пространство вокруг нас моментально стало свободным. А Дана ничего не замечала. От испуга, наверное. Она делала ошибки, но совсем несущественные и вполне простительные, тем более что общего рисунка они не портили.

– Ну вот и все, – шепнул я, когда смолк финальный аккорд. – А ты боялась.

Она растерянно остановилась и в ужасе оглянулась. И тут нас буквально сшиб с ног шквал аплодисментов. У меня даже уши заложило.

Сквозь толпу к нам пробрался банкир-юбиляр, обнял нас. Тут же какие-то услужливые парни поднесли ему микрофон.

– Дамы и господа! Позвольте представить вам Богдану, дочь нашего уважаемого Михаила Олеговича Руденко, которая только что порадовала нас страстным аргентинским танго вместе со своим партнером Павлом Фроловым.

Произнося мое имя, банкир слегка запнулся и посмотрел в бумажку, но все равно я был ему благодарен. Все шло так, как нужно. Если Дана переживет, не потеряв лица, всеобщее внимание к себе такой толпы чужих людей, то можно считать, что половину своей задачи я выполнил. Останется только убрать еще килограммов двадцать – и всё.

Дана вцепилась в мою руку и снова зажалась. Я буквально кожей ощущал, как каменеют ее еще минуту назад такие подвижные мышцы.

– Перестань трястись, – шепнул я ей на ухо, – все уже закончилось. Ты прекрасно танцевала. Расслабься, ничего страшного не происходит.

Через минуту мы уже стояли рядом с папаней и Ларисой, которые чуть не лопались от гордости и принимали поздравления.

– Ой, Ларисочка Анатольевна, какая чудесная у вас девочка…

– Миша, ну ты даешь! Чего ты прятал такое сокровище? Почему никогда не привозил?

– Потрясающий концертный номер! Жаль, что нынешняя молодежь пренебрегает бальными танцами, это так красиво!

– Какую школу танцев вы посещали, Ларочка? Запиши мне адрес, я туда свою Аньку запихну…

– Богдана, а это ваш постоянный партнер? Вы с ним и на конкурсах выступаете?

Я давился от смеха, но старался не оплошать и не подвести папаню, демонстрируя дурные манеры.

Но пора и честь знать. Слишком большие нагрузки вредны, особенно без тренировок. Дана стояла ни жива ни мертва, и я всерьез начал побаиваться, как бы она в обморок не грохнулась.

– Михаил Олегович, – шепнул я хозяину, – если по уму, то надо бы Дану домой отправить. Она переволновалась и очень устала с непривычки-то. Давайте я ее отвезу.

Он кивнул, что-то сказал Ларисе и повел нас с Даной к машине.

Едва машина миновала шлагбаум парковки, Дана разрыдалась. Ну вот, начинается.