– Прости меня, Машка. Я так перенервничала. И тебе не могу помочь, и Славке… И теперь я точно скажу ему, что люблю его, – бормотала Лика, поглаживая меня по голове. Я посмотрела на подругу. – Когда увидела его там, на больничной койке, в таком состоянии…

Лика наконец посмотрела мне в глаза и смутилась.

– Ты стала красная как борщ, – сказала я, – первый раз вижу, чтобы ты так краснела.

– Сама ты борщ, Машка! – Лика смутилась еще больше и принялась меня щипать. Я ойкала сквозь смех и высохшие слезы и пыталась увернуться, пока мне не сделали новое замечание.

– Девушка, это приемный покой!

– Простите, – пробормотала я. Смех, конечно, был немного нервный.

– Я сегодня останусь здесь, а ты иди, – сказала вдруг серьезно Лика, когда мы перестали дурачиться.

– Брось, Славка же не при смерти, – удивилась я. – У него такая палата веселая собралась. Он там точно не скучает.

– Вдруг у меня снова получится его увидеть, – возразила Лика.

Я посмотрела на нее словно на умалишенную и пожала плечами. Лику сильно переклинило после несчастного случая, который произошел со Славой. Поговорка про «что имеем – не храним, потерявши, плачем» подтвердилась в полной мере. Леня, сам того не ведая, растопил лед в отношениях Лики и Славы.

То, что Лика остается в больнице, означало, что возвращаться домой предстояло в одиночестве. Я не думала, что после произошедшего Леня сунется ко мне. Тогда он, перепугавшись, сбежал, и за эти несколько дней, что Слава лежал в больнице, от Лени не было ни одного сообщения, тем не менее я тревожилась."

"Мы с Ликой попрощались, и я спустилась к гардеробу. Накинула пальто и вышла на улицу. Ветер разогнал тучи и притих. Над городом засияло солнце.

Я шла по проспекту к своему дому, и внезапно передо мной возник огромный букет красных роз. Да, сначала я увидела цветы, а затем Леню, выглядывающего из-за них. Я притормозила. Была мысль кинуться в обратную сторону, но я решила, что это слишком глупо. Тяжело вздохнув, подошла к нему.

– Это прощальный букет, – сказал Леня, дождавшись, пока я подойду.

– Вот как, – отозвалась я, не зная, как вести себя дальше. На удивление, страха не было. Только жуткое раздражение. Прохожие обходили нас стороной. Кто-то с любопытством оглядывался, думая, что мне делают предложение.

– Ты примешь цветы? – пытливо посмотрел мне в глаза Леня. Протянул розы, но я не спешила их брать. Так он и завис рядом со мной с тяжелым ярким букетом.

– Я ничего у тебя не возьму, – отрезала я. – Между нами все давно кончено.

– Знаю, – кивнул Леня, – и желаю тебе счастья с твоим Славой…

Я едва не вскипела.

– Маша, ты теперь меня никогда не простишь?

– Леня, насилию нет никакого оправдания, – принялась я ему объяснять, словно маленькому. – Я не хочу тебя видеть и иметь с тобой что-то общее.