Мы вообще-то шли короткими дорогами, там, где путь составляет несколько месяцев, его можно сократить до нескольких дней, перескакивая из одной реальности в другую. Я сам с этим столкнулся первый раз, но, как объяснил проводник, мир – это слоеный пирог, в определенный момент действительность разделяется и слои как бы двигаются параллельно друг другу, но история в одном из них идет по другому пути. Вот как-то так.

– А как ты попал в принцы?

– Там, в своем мире, я погиб, спасая женщину с ребенком, попал под колеса машины, которой управлял пьяный подросток.

Но стал ощущать себя в этом мире, из которого сейчас шел, в теле младшего сына одного из правителей. Почему так произошло, я не знаю, но наши сознания слились, и теперь я – это он, а он – это я.

«Да, интересные сказки рассказывает парень, вроде бы и не врет, это же надо иметь такую фантазию, но посмотрим, что он запоет, когда к нему или его друзьям применят определенные методы…» – думал Муров.

– А ты не боишься, что мне могут надоесть твои сказки и я прикажу применить силу к твоим друзьям? – сказал он вслух. Парень вдруг глянул на Мурова так, что у того побежали мурашки по телу, а потом холодная струйка пота прокатилась по спине в брюки.

– Я могу уйти от вас в любой момент, – сказал Алекс, он приподнял скованные наручниками руки и дернул, и те распались, словно это был не металл, а тонкая нить. – Меня держат тут только друзья, если же вы тронете хоть кого-то из них, я просто уничтожу город вместе с вами, с этой тюрьмой и вообще со всем, что находится ближе пятидесяти километров, и ничто уже меня не остановит.

Муров вздрогнул. В тридцати километрах от города располагалась база межконтинентальных ракет «Неотвратимость», и, представив, что может произойти, он чуть не потерял сознание.

– Не стоит так напрягаться, ты ведь служил и знаешь, что есть понятие «безопасность государства», на страже которого я стою, и мне могут просто приказать, но будем надеяться, что этого не произойдет. Вверху у нас сидят люди умные, и им виднее как поступить. Хорошо, давай отложим беседу на завтра, я подготовлю вопросы, и мы снова побеседуем, вам что-то нужно?

– Да, одежду для девушки и лекарство для Ирвина, и, в общем-то, пока все.

И позаботьтесь о лошадях и нашем оружии, не хотелось бы, чтобы вообще что-нибудь пропало. Рано или поздно нас выпустят, и будет очень некрасиво, когда мы вам начнем предъявлять претензии. – С этими словами Алекс встал и, откланявшись, направился к двери.

– Проводите меня, я просто боюсь заблудиться, – попросил он, глядя на охранника. Тот засуетился, а потом подобострастно распахнул перед чужаком дверь.

Когда Алекс, как он себя называл, ушел, Муров задумался.