Но мы пока не выяснили ничего о том, что произошло, когда они прибыли на место… Но почти все погибли, а несколько человек были повешены, скорей всего, после допроса. По косвенным данным свидетелей, побывавших на этом месте уже после произошедшего, всех погибших, кроме повешенных, порвали какие-то огромные звери. Да видно еще, что раненых добили, проткнув мечом, – сказав это, он замолчал, ожидая, какова будет реакция верховного жреца.

– Найди их, я прошу тебя, найди их, – Ванор сжал кулак и, помахав им, с силой опустил его на стол и, скривившись от боли в руке, продолжил: – Я их всех… они будут умолять меня о смерти.

Он задохнулся от переполнявшей его ненависти и на какое-то время снова замер. Потом оглядел присутствующих и спросил:

– Что у нас с воинами?

– Орден давно готов, отделения ордена в других городах приведены также в готовность, ждем только приказа.

Ванор перевел взгляд на фон Бугрина. Тот вначале замешкался, но потом доложил, изредка отводя глаза и как бы вспоминая:

– Мобилизована вся городская стража близлежащих городов и стража портов и рынков, набраны новые воины в количестве сорока тысяч, сейчас идет обучение и экипировка призванных.

Он промолчал о том, что весь набранный контингент – это сплошной сброд, выловленный и насильно забритый в войско. Но пограбить они согласны. Их убедили в том, что это будет легкая прогулка.

Но он прекрасно понимал, что при первой серьезной стычке в лучшем случае половина этих вояк разбежится. Нет, было там и несколько тысяч фанатиков, но снова же – это до первой стычки.

– Та-а-ак, через неделю выступаем. Сколько готово кораблей? – снова задал Ванор вопрос, обращаясь к командору.

– У купцов реквизировали семьдесят шхун с обещанием вернуть и еще оплатить аренду, – Грен криво усмехнулся. – Корабелы, правда, заломили сумасшедшую цену, и с ними пока не договаривались.

– Ты же понимаешь, что семьдесят шхун нам мало, а по суше мы будем добираться пару месяцев и растеряем половину войска. Договаривайся с корабелами на любых условиях… Победим, и тогда они нам вернут больше, чем получат, есть у меня мысли по этому поводу. Тянуть нельзя, мы уже давно к этому готовимся, надо начинать, так что через неделю! И я не потерплю задержки! И еще реши вопрос с королем.

Командор посмотрел внимательно на верховного жреца и склонился в поклоне."

"Поняв, что аудиенция закончилась, командор и фон Бугрин вышли из кабинета, а Ванор еще долго стоял у окна и думал о том, что он сделает, когда поймает того, кто стоит за убийством его мальчика. Он в глубине души радовался, что наконец-то есть возможность решить все вопросы одним ударом. Король, а что король, он уже не жилец, проведем богатое поминовение и уложим его в родовой склеп.