Долго умывался, пытаясь водой смыть и свою растерянность, и тревожное предчувствие. Перед тем как идти на завтрак, заглянул к Ивасте и как бы невзначай поинтересовался, как она себя чувствует и как ее настроение.

– Ой, брат, – с недавних пор она стала звать меня братом, – ты не поверишь, настроение просто чудесное, выспалась как никогда. После всех этих событий, переживаний и даже страха я почему-то расслабилась и сразу после ужина легла полежать, проснулась, на удивление, только утром.

Вдруг она нахмурила и, задумавшись, проговорила:

– Вот только ночью всякая ерунда снилась, однако утром, не знаю почему, настроение было хорошим.

Так что все отлично, – и она засмеялась.

– А что за ерунда тебе снилась? – спросил я ее.

– Ой, Алекс, я уже и не помню, – ответила Иваста, но по ее виду я понял, что она просто не хочет говорить на эту тему. Настаивать я не стал, и мы отправились на завтрак. На завтраке к нам присоединился Ирвин, он был каким-то задумчивым и не всегда вовремя отвечал на вопросы Ивасты. Сегодня все были не в своей тарелке, отсутствовал только Брюс. Когда я поинтересовался, почему его нет на завтраке, то Ирвин сообщил, что Брюс куда-то рано убежал, даже не ответив на вопрос Ирвина, куда он спешит, лишь отмахнулся.

После завтрака я собрался прогуляться на рынок, хотелось просто поглазеть на местные реалии, ну и, может быть, что-нибудь прикупить, хотя у нас из продуктов было все и даже больше, мы хорошо закупились в АСР. За мной увязались Иваста и Ирвин, которые последнее время были просто неразлучны. Я даже прочел нотацию Ивасте и предупредил, чтобы не пошла навстречу желаниям парня, – молодежь, гормоны бьют в голову.

В ответ услышал отповедь, что она не какая-то там глупышка и прекрасно понимает, чем все может закончиться, поэтому я могу быть спокойным.

– Ну-ну, – только и смог произнести я.

Рынок, как и везде, мог поразить только своим неповторимым амбре немытых тел снующих носильщиков, торговцев, покупателей и просто зевак, ароматом продаваемых фруктов и приправ, жарящихся на виду у всех, даров моря и вонью гниющих овощей. Мы, побродив по рынку и устав, съели по большой жареной скумбрии, запив все это местным пивом, и отправились обратно, на постоялый двор.

Завтра решили выехать пораньше, пока не началась жара. Первый месяц осени был на удивление теплым, даже жарким.

В комнате, которую снимал в гостинице, я проверил содержимое своего рюкзака, заточку меча и кинжала и, успокоившись, прилег на кровать."

"Утро следующего дня застало нас в пути. Выехали мы еще до рассвета, день предполагал быть солнечным и жарким, так как на небе не было ни одной тучки. Мы неспешно трусили по грунтовой дороге в сторону моря, до поворота на столицу северных территорий.