На экране отразился номер Ромы. Но я не подняла. Сидела возле подъезда и плакала. Как дурочка. Слезы летели из самой глубины, болючие и горькие."

"Телефон еще несколько раз отразил входящие от Фила, которые я не приняла. Толку от него и этих разговоров. Затем наступила тишина.

Мои всхлипы. Ночной осенний ветер. Убивающая тишина и свет в окнах нашей квартиры. Я понимала, что нужно решать проблему, а не убиваться жалостью к себе. В конце концов, никто кроме меня ничего не сделает. Сегодня поеду в гостиницу. Завтра будет новый день, что-нибудь придумаю. В общагу попробую записаться, а если нет, значит, вернусь домой.

Заберу документы, и гори оно синим пламенем.

Я поднялась, вытирая рукавами зареванные щеки. Не сразу услышала шум от машины, въезжающей во двор. А потом фары ослепили мои и без того убитые горем глаза.

– Кать! – голос Ромы нельзя было спутать. Он будто вытащил меня из болота обиды и безнадеги.

– Кать, какого черта ты трубку не берешь? – крикнул Филатов, оказавшись напротив меня.

– Что ты здесь делаешь?

– Ты плакала? Значит, не ослышался. Почему ты… с чемоданом? – явно не понял Фил, скользя наглыми и чертовски красивыми глазами.

– Не плакала, – соврала, отвернувшись.

– А с чемоданом почему? Что значит, тебе негде теперь жить? – не унимался он. В тишине двора слышался только мотор от двигателя его дорогой тачки, а темноту разбавляли включенные фары. Филатов даже дверь не закрыл за собой, так и оставил открытой, спешил видимо.

– Какая разница? Зачем ты приехал? Посмеяться? – прошептала я. Куда-то злость подевалась, на ее место пришла усталость. Уже полночь. Время, когда люди лежат под одеялом и готовятся ко сну. А я здесь, на улице, под открытым небом с чемоданом и мешком мыслей, которые не дают покоя.

– Тебя родители выгнали?

– Подруги, – зачем-то призналась. Хотя скрывать-то нечего.

– В нашем унике учатся? – уточнил Филатов, продолжая разглядывать мое зареванное лицо.

– Ага, – кивнула, вздыхая.

– Поехали, поздно уже, – сказал вдруг мягко Рома.

– Что? – не поняла я, поднимая голову. Почему–то ощущала себя маленькой девочкой на фоне этого высокого широкоплечего парня.

– Завтра все расскажешь, – кинул он. Схватил чемодан и потащил его в машину.

– Ром, ты…

– Поехали, Рина. Холодно.

Глава 14

Рома

Я крутил руль, изредка поглядывая в сторону Кати.

Она вся сжалась, будто маленький колючий ежик. Смотрела в окно, не издавая ни звука. Злилась, вероятно.

Когда услышал ее надломленный голос в трубке сразу понял что-то не так. Обычно мне плевать на едва знакомых людей, но… сейчас почему–то было это самое «но», которое заставило меня приехать. Забрать чемодан и дать по газам в сторону своей квартиры. Катя особо не сопротивлялась, хотя и вопросов не задавала.

Глаза ее, красные и опухшие, меня окончательно добили.