С внешней ее стороны на лавке устроились два солдата с автоматами на коленях и посматривали на задержанных, уже упрятанных в тесноватую клетку, грубо сваренную из толстых арматурных прутьев. Все освещение сводилось к настольной лампе, которая горела на столе перед старшим лейтенантом Триглавовым.

– Фонарик найдется? – спросил у него Лесничий.

– Без проблем, – сказал Триглавов, вытащил из-под своих ног большой фонарь на светодиодах и поставил на стойку.

Сергей посветил на одного из задержанных, довольно возрастного человека, и попал лучом ему в глаза, широко раскрытые, но ничего не видящие.

Тот никак на это не отреагировал. Другой, помоложе, тоже пребывал в нирване.

Никто из офицеров никогда прежде не видел этих людей.

– Что там с полковником, дозвонились? – спросил Триглавов Сергея Ильича.

– Приедет вместе с собаками и с каким-то специалистом. Но, видимо, до него прибудет бригада контрразведки ФСБ. Она просто констатирует факт попытки несанкционированного проникновения на военный объект. Задержанных полковник просил им не передавать.

– Понял. Предупрежу пост на въезде.

Номер машины ФСБ известен?

– Нет.

– Ладно. На КПП просто документы проверят.

Старший лейтенант Триглавов застучал по клавиатуре со скоростью высокопрофессиональной машинистки.

Он уловил удивленный взгляд Лесничего и пояснил:

– У нас все приказы положено отдавать письменно. Они автоматически сохраняются на сервере. Потом не откажешься, что отдал какое-то распоряжение.

– Я смотрю, вы печатаете быстро.

– Я бывший шифровальщик. Раньше всеми пальцами печатал. После ранения в кисть руки уже не могу. Пришлось переквалифицироваться.

"

"Как и предполагал полковник Селиверстов, сотрудники ФСБ прибыли раньше, чем он. Триглавов повел их на место, где неизвестные личности пытались проникнуть на территорию.

Но еще до того как они вернулись в караульное помещение, приехал Селиверстов. Он сообщил Лесничему, что привез с собой специалиста, о котором упоминал в телефонном разговоре. Сам Георгий Игоревич задержанных рассматривать не стал.

Потом один из солдат бодрствующей смены повел полковника на место проникновения. Селиверстову надо было утрясти дела с контрразведчиками.

Еще он хотел сказать Триглавову, чтобы тот допустил спеца к арестантам.

Боевая группа ЧВК подалась на свой второй этаж соседнего корпуса. Сергей Ильич пошел не к себе, а к лейтенанту Суматохе. Прежде чем войти, он вежливо постучал в дверь.

– Да-да, – раздалось из-за нее так, словно человеку, сказавшему это, было очень некогда.

Лесничий почему-то подумал, что он вот сейчас войдет, а Суматоха даже не обернется, будет смотреть в монитор. Так оно и вышло.