Калахне засмеялась, и я силой заставила себя улыбнулась в ответ. Собственная красота вызывала боль по оставленной земной жизни, по несложившейся семье в этом мире, по… несбывшемуся.

Спать я легла с сухими глазами и горящим в груди неясным огнем. Я не буду вспомнить и не буду плакать. Никогда. Я сделала свой выбор в ту секунду, как увидела метку рода Фалаш на предплечье сестры, а Анвар сделал свой, когда позволил мне разбиться.

Утром меня ни свет, ни заря меня разбудила Бертель, раздернув шторы.

— Нежиться и лить слезы в этом доме некогда, мы встаем в семь, в восемь завтракаем, а в девять каждый приступает к делу.

Она помогла мне умыться, убрать волосы и надеть мое первое платье с мягким корсетом цвета первой зелени. Оно мне не очень шло, но было таким красивым.

Сразу после завтрака, Бертель провела меня длинным коридором, пристроенным к кухне и зельеварной, в лавку.

— У каждого в этом доме есть дело, — сказала она, мельком глянув на меня. — Калахне часто отлучается в свой дом у Маранского леса, где растет множество редких ингредиентов, а после мы с ней варим зелья и готовим еду. Ние, это уже известная тебе вейра Глок, собирает ингредиенты в нашей столице, прибирает дом и заботится о садике.

Лавку мы обслуживали по очереди, но будет лучше, если эта работа достанется тебе.

Спрашивать почему они так решили, я не стала. И так понятно. Драконы, драдеры и веи охотно покупают магические зелья Пустых, но скрывать своего отношения не желают. Морщатся, глаза закатывают, а то и крепким словцом припечатать могут.

— Мне нужно знать что-то еще?

— Все записи о продажах здесь, разберешься?

Я приоткрыла первый ящик длинного стола из темного дерева и кивнула.

Моим образованием плотно занимались мать, четыре учителя и трость отца, так что сложностей быть не должно.

— А здесь, — Бертель обвела морщинистой рукой шкафы из темного дуба. — Наши сокровища, и каждое на вес золота. Мы продаем их за деньги, но стоят они намного дороже. В этих пузырьках продается ненависть и любовь, Анте, зависть и ревность, прощение и радость. У них нет точной цены, поскольку повторить одно и то же зелье в точности невозможно, и мы заключаем с каждым покупателем индивидуальный контракт, где он подтверждает, что готов оплатить столько, сколько стоил наш труд.

Удивленно взглянув на Бертель, я вытянула из крупной янтарной шкатулки образец контракта.

— Но как же вы узнаете, сколько стоит зелье? А если покупатель солжет? Если купит полезное для себя зелье, а заплатит копейку?

— Что такое копей… Впрочем, не будем отвлекаться, ты еще должна научить меня включать кошеньку и рассказать про пантер, поэтому вечером, а пока дело! Эти контракты заверены магически через дера Лиоля, который держит нотариальную контору в трех кварталах от нас.