Думаешь, императрица выбрала тебя, дурищу, в жены второму претенденту на престол от большой к нему любви? Он сын первой наяры, рожденный в один год, в один месяц и один день с законным принцем Теофасом, наследником короны.

О наярах я была наслышана.

Наяры, так называемые вторые жены, были спасением и одновременно бедой этого мира. Среди высокорожденных с каждым годом рождалось все меньше девочек, и они придумали выход — подбирать вторых жен среди драдеров, а то и особо талантливых вей, но, бывало, брали и среди дракониц из обедневших родов. Главным было условие магической совместимости для рождения девочки.

По крайней мере, такова была первопричина появления наяр. Но я уже насмотрелась в свете, сколько дракониров брали наярами любовниц, забыв проверить совместимость. Как следствие, судьба наяр и их детей — антов — не отличалась особым комфортом, особенно если наяра рожала мальчика.

Таким антом был и Анвар, урожденный вейр императорской семьи Таш, лорд нир Фалаш, сын императора от первой наяры, проигравший в магической гонке наследнику лишь малую долю магического потенциала. Юный герцог, взявший после смерти деда фамилию клана по матери, но вынужденный подчиняться ее более удачливой сопернице. Императрице Вальтарты.

Случись что с принцем Теофасом, наследником станет Анвар, сын ненавистной первой наяры, ибо императорская корона берет себе императора по высоте магического потенциала. Вот и стремится императрица ослабить дорогого пасынка, да так, что бесстыдно дает ему в жены Пустую с титулом баронессы и физиономией носорога.

Последнее Лале добавила не без удовольствия.

— И что? — спросила я хмуро. — Отказался бы и уехал, а мог бы вообще отказаться в письменном виде, а не махать крыльями туда-обратно. Но он не поленился, слетал за вейрой Глок.

— Подстраховался, — назидательно ответила Лале. — Сопределье все еще под дланью императрицы, и она в любой момент может надавить на герцога, заставив женится хоть на тебе, хоть на огородном чучеле. От тебя герцог отговорился твоей бездарностью, но семья Фьорре самая богатая в Сопределье, ему выгодно взять дочь семьи, чтобы поправить собственные дела.

В политике и истории драконьего мира у меня все еще были серьезные пробелы. Я хмуро взглянула на сестру, молчаливо понукая к продолжению.

— Как ты думаешь, кто станет дочерью на выданье, когда тебя сбагрят в пансионат?

Лале счастливо рассмеялась.

Я закрыла глаза. Вот как. Герцог вернется в столицу, выслушает неискренние причитание венценосной мачехи и отправиться обратно, просить руки дочери Фьорре снова. Но Пустая, некрасивая дочь, с которой не то что в постель, за один стол сесть страшно, будет к тому моменту в пансионате.