«Кто ты и почему так печальна?» — спросил сын дракона. «Я печальна, потому что проклята и обречена на вечные страдания!» — ответила она: «Каждую ночь приходит ко мне старуха Смерть и мучает меня. Забирает все силы, всю радость и надежду. Грозится убить, но почему-то не убивает, и каждую ночь все повторяется снова…» Сыну дракона стало очень жаль несчастную девушку. К тому же, он сам был проклят и понимал, что это такое. Поэтому он не ушел, не бросил ее одну, а поселился в лесу неподалеку и каждое утро приходил и подбадривал ее, разговаривал с ней, стараясь, чтобы ее жизнь стала хоть немного лучше и светлее. Но с каждым днем, он все сильнее чувствовал, что привязывается к ней. Что еще немного и не сможет жить без ее улыбки и тихого голоса. А это означало, что он, полюбив, погубит ее. Она и так, бедная, каждую ночь так близка к гибели. И сын дракона решил рассказать ей все, попрощаться и уйти. Но девушка, услышав о проклятии, не испугалась. «Если ты уйдешь, — сказала она, — я все равно умру. Сердце мое остановится от горя. Ведь я уже очень сильно люблю тебя и не смогу теперь жить, как раньше — каждую ночь в вечном страхе перед Смертью. Пусть я лучше умру в твоих объятиях. Поднимайся ко мне, проведем последний день вместе!» Сын дракона заплакал, но понял, что по-другому поступить не сможет. Пусть это будет их последняя ночь, а когда Смерть коснется ее, он, как только это случится, выбросится из окна башни. Он поднялся в башню, и они провели вместе весь день, и это был самый прекрасный день в их жизни. А потом солнце закатилось за горизонт, и на лестнице раздались тихие шаги — это поднималась Смерть. «Вот и все, — сказала девушка. — Сожми меня крепче. Сожги меня своим огнем. Я вспыхну, как звезда, и умру счастливой!» Она прижалась к его груди, а он сжал ее в своих объятиях, и засиял, загорелся ярким алым огнем. И в эту же секунду к ним кинулась черная тень — это была Смерть. Она выла от злости и корчила страшные гримасы. Она была в ярости. Она пыталась подступиться ближе, но языки огня не давали ей этого сделать, и Смерть была бессильна перед ними. Сын дракона держал свою любимую и плакал, потому что был уверен, что она уже мертва, но она вдруг прикоснулась к его щеке, и рука ее была прохладной и белой, без единого ожога, хотя она стояла в центе бушующего пламени. «Мой любимый, — сказала она, — мы победили Смерть. И победили свое проклятие».

Уголек замолчал и Ната поняла, что сказка рассказана до конца.

— Очень, очень красиво… — прошептала она. — Теперь понятно. Башни, драконы, старуха Смерть, что ходит вокруг да около. Это все где-то глубоко внутри тебя, Роланд. Часть тебя самого…

— Нет, вовсе не это часть меня. Там еще, знаешь, было одно предложение в самом конце. Оно что-то навсегда во мне изменило.