И точка.

– Едем в Плотников, – даю указание Михе за минуту до Настиного возвращения. – Тачку поближе подгони.

– Так точно, – кивает мой верный водила и на всех парах несется к машине.

Снова залипаю взглядом на Насте. Перед самым крыльцом она старательно обходит лужицу. Обняв себя обеими руками, встряхивает головой, отправляя назад блондинистую копну волос.

Вздрагиваю как дурак. Впервые перед свиданием с женщиной меня бьет мандраж. Ничего не готово. Ни цветов, ни шампанского, ни деликатесов. Хорошо хоть ремонт успел закончить и обставить хату новой мебелью. Койку тоже на днях новую установили.

«Белым сатином постель, пожалуйста, застелите», – отправляю сообщение экономке.

«Когда?»

«Сейчас», – раздраженно тыкаю по экрану и представляю, как одышливая Роза Альбертовна со всех ног несется с первого этажа на третий.

«В баре пылится бутылка «Вдовы Клико». Жратву и цветы закажу. Не проблема», – размышляю я, во все глаза пялясь на раскрасневшуюся Настю. Сейчас она больше похожа на маленького фыркающего ежика.

Интересно, о чем она спорила с зятем?

Его данные я срисовал с платиновой карты. Агафонов М.А.

Пацаны из службы безопасности уже пробили всю информацию. Единоличный хозяин «АМА-девелопмент», личный капитал составляет…, женат на Макаровой Евдокии Вадимовне, двое детей.

Точно, зять! Тут никаких сомнений. И морда эта смазливая. На артиста какого-то похож. Только сейчас хмурится. Что-то выговаривал Насте. Честно говоря, меня мало интересуют семейные разборки Макаровых. Вот только девочка моя плачет. За это я могу и в пятак закатать.

«Ну какая она твоя!» – встрепенувшись, интересуется здравый смысл.

«Моя!» – стискиваю зубы.

– Едем, Настя, – приказываю грубовато. Бурчу что-то нечленораздельное и очень надеюсь, что моя дорогая дочь задержится в ЦУМе.

И первым делом в машине опускаю перегородку. Пацаны догадались? Да плевать! Слова не скажут. А кто вздумает пикнуть, распрощается с непыльной работенкой и офигенной зарплатой.

Тачка плавно скользит по улицам. Миха лихо перестраивается из ряда в ряд, а тройные ширмы на окнах скрывают нас от любопытных взглядов.

Отвернувшись к окну, девочка моя плачет. И сейчас больше похожа на беззащитного олененка, чем на уверенную и знающую себе цену студенточку, лихо исписывающую доску формулами."

"За последние три месяца маленькое вирусное видео стало моим любимым фильмом. Каждый вечер пересматриваю. Пялюсь на грудь, обтянутую белой водолазкой, и попу, спрятанную под черными офисными брюками. Не штаны, а братская могила какая-то! Как можно прятать такие роскошные формы. Когда женюсь, накуплю Настене джинсов и коротких юбок, пусть все обзавидуются.

«Женишься? – вкрадчиво уточняет внутренний голос. – Тебе вроде одного раза хватило».