– Воды если только, – выдыхает девица, откидывает на соседний стул сумку от Фурла, подаренную мной.

Прошу секретаршу принести воду и внимательно смотрю на бывшую.

– Давай внятно и по порядку, – велю, как только ее стакан наполовину пустеет. – У меня мало времени, детка. Советую не тянуть.

– Ты вчера детей разогнал у подъезда, – устало сообщает Снежана. – А Люсю отец избил. Скорая увезла. В реанимации девчонка. Какого тебя принесло, Саша? Зачем ты вмешался?

– Погоди, – рычу я, подскакивая из-за стола. – Как в реанимации? За что избил?

– Ну он нелюдь конченный, понимаешь? – Красные губы печально скользят вниз. Да и сама девица чуть не плачет от горя. – Он их с матерью третирует постоянно. Поэтому давай, полковник Ибрагимов, принимай меры. Коль вписался, помоги девчонке.

– А эти пацаны? – спрашиваю осторожно. – Кто из них поделился?"

"– Один из них мой племянник. Он мне вчера все выложил, – поясняет Снежана, и я неожиданно, впервые за два года знакомства вижу в ней нормального человека, а не гламурную дурочку.

– Ну я понял, – киваю коротко. – Я впишусь, ты же знаешь. Только дай мне все явки и пароли, Снежа.

– Да-да, сейчас, – поспешно лезет она в сумку. Ищет там что-то и, найдя черный ежедневник, достает ярко-розовый липкий листок. – Вот, возьми. Тут сотовый матери. Фамилия и имя девочки. И номер карты. Но деньги можно кинуть и по номеру телефона. Он привязан к карте, – торопливо сообщает она.

– Снеж, – усмехаюсь в ответ. – Я ресурсом помогу лучше. Договорились?

– А-а… ну да, – спохватывается она, и на красивом лице замирает странное выражение разочарования.

Не понял! Она меня развести на бабки хотела? Интересное кино.

– Служба безопасности займется, – киваю я, давая понять, что разговор закончен. – Всего хорошего.

– Саш, – печально тянет Снежана. – Может, мы снова… Я бы тебя простила…

– А я ни в чем не виноват перед тобой, – роняю спокойно. – Спасибо тебе за все.

– Ты вот так просто говоришь? – охает она. – Как будто фантик в помойное ведро выкинул…

– А что же ты хочешь, дорогая? – интересуюсь насмешливо. И вспомнив кое-что из жизни Алишера, предлагаю: – Могу отобрать все подарки. Хочешь?

– Не-ет, – в ужасе подскакивает с места Снежана.

– Вот и я не хочу, – ставлю точку в разговоре. – Пока.

Положив затылок на подголовник, наблюдаю, как Снежана быстро ретируется к двери. Только красные подошвы лабутенов мелькают.

«Смешно, ей-богу!» – усмехаюсь криво. И очень надеюсь, что больше эта красавица сюда не заявится. Намек, как говорится, должен быть понят с первого раза.

– Юра, – звоню главному безопаснику корпорации. – Зайди, пожалуйста!

Взгляд падает на розовый листок, прилепившийся к столешнице.

Никонтова Людмила. Шестнадцать лет. Склиф, твою мать!

Такого врагу не пожелаешь.