«Я изменюсь, Господи! — мысленно с жаром уверяла она. — Я буду смиренна, как овца!»

Поток машин впереди тронулся. Андрей протяжно вздохнул.

Инну Викторовну нисколько не удивило, что в приемном покое уже толпились все домашние, включая Ларису. По-другому и быть не могло. Здесь же находился и доктор Кузин, в которого Инна Викторовна с лету вцепилась.

— Родила?

— Пока нет.

— Когда начались роды?

В полнейшем молчании собравшихся два врача обсуждали ситуацию. Только по выступившей на лбу женщины испарине и нервным пальцам мужчины можно было догадаться, насколько все серьезно.

Кузин увел начальницу в кабинет, и беседа продолжилась за закрытой дверью. Через час собравшиеся не выдержали — послали лазутчиком Андрея. Тот появился бледный и испуганный, молча прошел мимо всех, взял за руку Ларису и вывел ее на улицу.

— Что? — испугалась Лариса.

— Одно я понял: мучается сестренка и никто не может ей помочь.

Скулы Андрея дергались. Ларисе стало не по себе.

— Что-то не так?

— Лизка никак родить не может. Говорят, у нее узкий таз. Кузин предлагает кесарево делать, а мать настаивает подождать.

— А как лучше?

— Не знаю… Конечно, Лиза спортом занималась, должна справиться.

Андрей выглядел растерянным. Руки шарили по карманам в поисках сигарет.

— Ты же не куришь.

— Забыл.,.

К ним вышла Оксана. Окинула быстрым взглядом обоих.

— Ну вот что. Ларке здесь делать нечего. Насмотрится — рожать не захочет. А ты, Андрюшка, не кисни. И не такое бывает.

Оксана оказалась самой трезвомыслящей из всей компании. Организовала машину, отправила домой Ларису и Андрея, чай сообразила для Инны Викторовны и Кузина. Вечером приготовила для всех ужин, а утром, до работы, заехала в роддом.

Инна Викторовна провела бессонную ночь. Лизе сделали операцию.

Сейчас Лизина мать походила на пьяную. Красные воспаленные глаза, блуждающий взгляд.

Оксана обняла ее за плечи:

— Ну, все же хорошо, Инна Викторовна! С внучкой вас! Та кивнула, вяло как-то улыбнулась:

— Намучилась доченька моя. Пришлось резать…

— Ничего, ничего. Не она первая.

— Да, ты права, Оксана. Но все же…"

"Кое-как удалось уговорить «прародительницу» отлучиться ненадолго домой. Там Инна Викторовна легла, но уснуть не смогла. Вдруг подскочила, бросилась к телефону. Позвонила своей старшей сестре Ульяне в деревню. С удовольствием напиталась радостью родни и ее причитаниями. Наслушалась охов и ахов своей рассудительной сестрицы. Отмякла душой. Пригласила в гости. Ей вдруг захотелось видеть всех. Чтобы все радовались вместе с ней. И еще хорошо бы свалить на кого-нибудь часть переживаний. Вот в этом ей поможет Ульяна, которая в свое время, нянчила Лизу с Андрюшкой. Когда те были маленькими, а Инне приходилось много учиться, чтобы потом пробиться в этой жизни.