Нурманы дали клятву никого в городе не трогать – и обещание сдержали. Выходило, что при всей подлости – люди честные и верить им можно. А что усыпили – так сего условия клятвой не оговаривалось.

Подкрепившись, Олег описал круг по двору, но делать здесь было совершенно нечего. Спать, понятное дело, тоже не тянуло – хватит уже, выспался."

"Ведун поправил пояс, встряхнул и накинул на плечи налатник, выбрался за ворота детинца. Прошагал по тихим улицам города – перед военной угрозой бьярмы, похоже, мирных жителей вывезли, – вышел через резные ворота, направленные на огороженное частоколом святилище.

Натоптанной по льду тропой дошел до острова, ступил на священную землю храма Золотого идола…

Здесь тоже стояли бочонки и котлы, возле которых спали в разных позах люди в меховых одеждах. Чуть дальше, в центре святилища, поднимался широкий пологий холм высотой в полтора человеческих роста, а на нем… На нем темнела свежевыкопанной землей прямоугольная выбоина.

Золотой идол – исчез.

– Чертов Перун… – Олег поднял глаза еще выше, к небесам. Они начали темнеть.

Вечер. Поднимать тревогу бесполезно. Все равно затевать погоню уже поздно.

* * *Полста молодых дружинников – все на лыжах, со щитами за спиной, с гарпунами в руках и заплечными мешками – выскочили из ворот города только на рассвете. Командовал погоней князь Гарнат самолично, помощником шел ведун.

Середин предпочел бы оставить в городе и правителя, вместе с прочими престарелыми бойцами – но князь оказался упрямым и поклялся не отставать. А против хозяина, понятно, не попрешь.

За воротами воины соскочили на лед, вывернули на колею нурманского обоза, вытянулись в длинную змейку.

Обоз викингов был длинным, с санями, телегами, лошадьми, так что след за ним тянулся весомый, глубокий, местами напоминающий траншею.

Здесь, на севере, снега, как ни странно, было меньше, чем возле Перми или в верховьях Камы. То ли климат другой, то ли ветер на просторе сдувал. А может статься, трамбовался он здесь сильнее, и потому наст лошадь держал. Разумеется, и здесь все было не так просто. Перед обозом дорогу тропили воины, укатывая наст и пробивая проходы сквозь высокие снежные торосы, обходя опасные, рыхлые места – или, опять же, пробивая дорогу. Но, в общем-то, двигаться было можно, причем довольно быстро.

В конце первого дня погони дружинники обнаружили следы первой стоянки нурманов, заночевали на ней, двинулись дальше – и вечером опять были вынуждены воспользоваться стоянкой викингов.

Только на третий день преследователям удалось миновать очередную площадку с утоптанным снегом и следами от саней и колес еще до сумерек. Похоже, скандинавские лошади начали наконец-то уставать и одолевали за день уже не тридцать верст, а всего двадцать.