По мнению великого князя, такая задержка с переправой была оправданна: все крупные притоки вливаются в Дон с севера, и потому далее у армии не будет трудностей с переходом через десяток больших и малых речушек. А три дня больше, три дня меньше – все равно ничего не меняет.

Великий князь Витовт не знал, что его противник высчитывает свое наступление буквально по часам, предпочитая недоспать или недоесть, но выйти к назначенному месту к нужному времени. И чаще всего на таких местах ватажников и бояр ждали или готовые стоянки, или ладьи с припасами, наведенные с помощью лодок или стругов мосты, порох, пушки, подкрепления или ополченцы, идущие своими, куда более запутанными путями и потому то отстающие, то нагоняющие застрявшие под стенами очередной упрямой крепости православные полки архиепископа Симеона, несущие угнетенной Литве свободу и слово пастыря… С помощью новых пушек князя Заозерского, легко сносящих деревянные башни и стены.

Другие же в этом мире встречались крайне редко.

Двенадцатого июня на растянувшийся вдоль Дона многоверстовой обоз внезапно обрушились татарские сотни, проносясь на безопасном удалении и осыпая путников стрелами.

Воины, расхватав щиты и копья, приготовились к бою – но степняки и не думали нападать, гарцуя на расстоянии и опустошая колчаны. Они ушли только, когда нечем стало стрелять – оставив после себя три сотни раненых литвинов и почти тысячу посеченных лошадей.

Взбешенный князь Витовт приказал привести ему отвечающих за дозорную службу шляхтичей – но оказалось, что те бесследно сгинули в степи вместе с разъездами.

– Видно, побили их, княже, – резонно предположил гетман Федор Ходкевич, задумчиво потягивая длинный закрученный ус.

– Не иначе облавой прошли.

– Хочешь сказать, татарка с князем галицким тоже реки перешла и за нами крадется?

– Мыслю, не отпустят нас русские без сечи, князь. Не для того столь далеко от порога родного шли, чтобы назад вернуться, мечи свои в крови не омочив.

– Звали, ждали… – мотнул головой князь литовский, повернулся к хмурому Джелал-ал-Дину: – Друг мой, нашлось дело важное для знаменитого тумена твоего. Сходить надобно глянуть, кто за нами идет? Дозорами обычными тут не обойтись. Посекут.

Татарский хан молча кивнул, отвернул коня и поскакал в степь, по которой, по сочной пока еще траве, шли его люди. Через час две с половиной тысячи одетых в вороненые кольчуги всадников дружно повернули к востоку, заставив землю дрожать от тяжелого топота копыт. Морды скакунов смотрели на колышущееся у горизонта пыльное облако, которое очень скоро разделилось, послав им навстречу небольшую тучку."

"Полчаса на рысях – и черный тумен Джелал-ад-Дина увидел впереди широкое полукольцо легкой татарской конницы.