Генри была несколько сбита с толку количеством посетителей, поскольку большинство из них видела в первый раз.

Граф Биллингтон также заехал к ней с визитом, добродушно сетуя, что ему так и не удалось поухаживать за ней.

— Данфорд всех нас опередил, — пожаловался он и улыбнулся.

Генри улыбнулась ему в ответ и пожала плечами, не зная, что на это ответить.

— Мне придется залечивать свое разбитое сердце сегодня на балу.

— Бросьте, — тут же возразила ему Генри, — оно вовсе не разбито.

Он улыбнулся ее прямоте:

— Оно наверняка было бы разбито, будь у меня шанс узнать вас поближе.

— Как мне повезло, что этого не случилось! — послышался низкий голос.

Генри обернулась и увидела Данфорда в дверях гостиной. Он выглядел таким высоким и мужественным в своем синем пальто и зеленых бриджах. Посмотрев на нее, он еле заметно улыбнулся. Взгляд Генри тут же подернулся мечтательной дымкой, и с ее губ сорвался негромкий вздох.

— Теперь я понимаю, что у меня не было ни одного шанса, — произнес Биллингтон.

— Ни малейшего, — добродушно добавил Данфорд. Он прошел через комнату и сел рядом с Генри. Теперь, после объявления о помолвке, он наконец вспомнил, что всегда симпатизировал Биллингтону.

— Ты приехал по делу? — спросила его Генри.

— Просто захотелось повидать тебя. А у тебя что нового?

— К сожалению, очень много посетителей. — Генри вдруг поняла, что допустила непростительную бестактность по отношению к Биллингтону. Она замолчала и, повернувшись к нему, поправила себя: — Разумеется, к присутствующим это не относится.

— Разумеется.

— Прошу вас, не думайте, что я сказала это из вежливости. Не меньше сотни людей, с которыми я даже не знакома, побывали сегодня у меня с визитом.

Поэтому я искренне обрадовалась, когда приехали вы. Ведь мы с вами знакомы, и, что гораздо важнее, вы мне очень нравитесь.

— Неплохое начало, моя дорогая, — поддел Данфорд и похлопал ее по руке, будто подавая знак, что ей не стоит особенно распространяться по этому поводу. Если она и дальше продолжит в том же духе, не исключено, что следующим шагом, чего доброго, будет признание графу в любви.

Биллингтон распознал едва заметное неудовольствие на лице Данфорда и с улыбкой поднялся со стула:

— Я всегда гордился своей способностью вовремя откланяться.

Данфорд тоже встал и, проводив Биллингтона до двери, по-свойски похлопал того по плечу.

— Я всегда восхищался этим твоим качеством, Биллингтон.

Губы графа дрогнули в улыбке, и он галантно поклонился Генри:

— Мисс Баррет.

Через секунду они остались вдвоем.

— Я было подумал, что он никогда не уйдет. — Данфорд глубоко вздохнул, закрывая за ним дверь.

— Злодей, ты просто вынудил его уйти и не воображай себе, что дверь останется закрытой дольше двух минут.