сейчас мой черед, — качает головой Марс. — И я хочу нормальный поцелуй в губы. С языком и минимум три минуты.

— Не повторяться, Марс. Ты уже загадывал поцелуй. Сам виноват, что не уточнил, — фыркаю я.

— Ладно. Тогда моё желание такое. Ты пять минут не говоришь мне нет. И не убегаешь.

— Нет. Знаю я тебя. Ты же приставать начнёшь!

— Руки буду держать только на талии. И губы останутся нетронутыми, — обещает он. Поколебавшись, соглашаюсь. И вскрикиваю. Мужчина перетаскивает меня на свои колени. Благо сажает боком. Правда, очень тесно. — Пять минут, огонёк, — дыханием щеку опаляет и тут же целует.

— Ты аферист! — ворчу, стараясь отстраниться. А Марс в шею носом зарывается. Жилку языком ласкает. Дышит жаром, разгоняя мурашки.

— Я тебе нравлюсь? — выдыхает он, прикусывая мочку уха.

— Да, — закатываю глаза, поглядывая на часы. И стараюсь не обращать внимания на поднимающуюся волну возбуждения.

— Ты думала обо мне эти дни? — Марс целует за ушком, слегка царапая чувствительную кожу.

— Да, — никогда не признаюсь, что это правда. Всего лишь нельзя отвечать нет.

Жду новый вопрос, стараюсь не трепетать от чувственных ласк.

Глаза закрываю, цепляюсь за его предплечья. Но он и вправду не переходит границ. Правда, ладонь у него большая, лежит на животе, а большой палец гладит под грудью, едва-едва касаясь полушарий. Жар растекается от этого горячего сеатского мужчины. А губы оставляют дорожки поцелуев. Он зубами стягивает лямку сарафана, кусает за плечо и тут же зализывает. Оглаживает языком ключицу и ямочку под горло.

— Марс, — стараюсь отстраниться, вытягиваюсь в струнку, но делаю только хуже.

— Ещё минута, Огонёк, — жарко выдыхает в ложбинку негодник и целует вздымающуюся грудь.

— Как ты вкусно пахнешь. Через месяц свадьбу сыграем?

Мужчина отстраняется и, сняв очки, в глаза заглядывает.

— Да, — облизнув губы, соглашаюсь и с этим.

— Можно поцеловать в губы? — спрашивает и улыбается искуситель.

— Да! — выпаливаю и, качнувшись, подаюсь к нему.

Он не нежничает, сразу же бросается на мои губы. Впивается, прикусывает, оглаживает языком и ныряет в глубину рта. Поцелуй медленный, настойчивый и глубокий. Выбивающий почву под ногами. Подчиняющий, но не удерживающий. Его руки всё ещё на талии.

Я сама льну к нему, в волосы зарываюсь, царапаю затылок. И отвечаю. Горю в буквальном смысле. Его температура передалась и мне.

— Безумно горячая, Огонёк, — шепчет Марс, прикусывая губу. Вздрагиваю, когда ладонь накрывает грудь.

— Пять минут прошли, — вспоминаю сипло и, ударив по наглой конечности, сползаю. — И я больше не хочу играть.

— Я тоже, — соглашается мужчина. Перехватывает мою руку и направляет на свой пах. — Тебя хочу, безумно.

Краснею, скорее багровею. Нет, я, конечно, раскрепощённая дама.