То есть он мог не рискнуть подставить нам спины — мы просто расстреляли бы всех его людей и его самого при первой же попытке отхода.

Чтобы оттянуть еще несколько минут и дать возможность дополнительно приблизиться к месту событий «Ночному охотнику» и моему взводу, я отдал команду:

— Заряжай подствольники!

— Последние гранаты… — напомнил Скворечня.

Меня вдруг осенило:

— Второй пленник! Скворечня! Быстро…

Младший сержант спустился на первый этаж так стремительно, что чуть лестницу не разворотил. И уже снизу крикнул:

— Полный комплект. Не израсходовал ни одной.

Комплект бойца составляет десять гранат. Пленник выручил нас. Вернее, не пленник, а мой рейд по его захвату.

— Вам по три, мне четыре, — распорядился я и сам быстро спустился за боеприпасами.

Скворечня снял с пленного не только подсумки с гранатами, но и захватил два сдвоенных магазина. Это я решил оставить солдатам, потому что сам привык стрелять или очень короткими очередями, или вообще одиночными выстрелами, и потому у меня, судя по весу автомата, был еще почти полный магазин. Я вообще своих солдат учу всегда определять боезапас по весу оружия.

Они тренируются и сдают зачеты, как по обязательной дисциплине, хотя эта конкретная дисциплина является моей самодеятельностью. Пару лет назад у меня служил солдат-срочник, который безошибочно мог назвать количество патронов в магазине, только прикинув свой автомат на вес. Правда, иногда ошибался с чужим оружием, хотя автоматы вроде бы должны весить одинаково. Но я свой автомат по весу тоже хорошо знал. Ошибиться при прикидке мог не больше чем на пару патронов."

"В подсумках у пленника оказались «лягушки».

Как раз то, что нам нужно для полного удовольствия бандитов.

— Заряжай подствольники «лягушками». Мой выстрел первый. Прямой наводкой. Дистанция прежняя — семьдесят метров. Выставить прицелы!

Отдавая команду, я сам же ее выполнял одновременно с подчиненными. Потом посмотрел на камни через тепловизор и только после этого выбрал место, откуда «лягушка» с наибольшей вероятностью осыплет бандитов осколками. Я выстрелил, и тут же один за другим раздались два выстрела со второго этажа. Все три гранаты легли рядом.

Но у бандитов Магомеда Магометова нервы были, видимо, более крепкие, чем у бандитов Такыя Рифатова.

Или просто у обкуренных нет быстроты реакции. Но они не заметались, когда рядом раздались взрывы, и не высунулись под автоматные очереди, хотя я готов был уже стрелять в того, кто высунется. Так что определить урон, который мы нанесли, если вообще его нанесли, было невозможно…

Но бандиты все тянули и не начинали атаку — непонятно, чего они ждали. Может быть, когда к ним подступит решимость? Это напрасное ожидание.