Осталось дождаться, когда бандиты выйдут на такую дистанцию. Нам со Скворечней бандитов видно не было — тактические фонари светят меньше чем на триста метров. И потому приходилось ждать. Сначала момента, когда банда выйдет на прицельную дистанцию, потом, когда выстрелит старший лейтенант. Вспышку от взрыва его гранаты мы увидим обязательно, несмотря на снегопад, который, кстати, стал стихать. И ориентироваться мы должны по этой вспышке. А Тицианов, вооружившись тепловизором, должен дать нам корректировку.

— Внимание! Приготовить гранатометы!

Они у нас были уже почти готовы.

Оставалось только вдавить гранату пальцем, утапливая ее в ствол до характерного щелчка фиксатора, и положить приклад на плечо. Что мы со Скворечней сразу и сделали, словно синхронизировали свои движения.

— Прицел выставить на четыреста метров, — прозвучала следующая команда.

Но мы уже заранее сделали это.

— Мой выстрел первый!

И через три секунды выстрел «ухнул». Взрыв гранаты, пусть и кратковременный, нам было хорошо видно. А еще через три секунды Тицианов дал поправку:

— Правее метров на десять…

Первым послал гранату младший сержант.

Я следом за ним, снова сливая два звука в одно целое, может быть, только слегка более громкое, но более продолжительное. Мы опустили оружие, ожидая следующей команды. Иногда есть смысл туда же, куда гранаты легли, добавить несколько автоматных очередей, хотя лучше в таких случаях пользоваться пулеметом. Но у нас пулемета не было, а автоматы мы держали наготове.

— Залегли… — объяснил старший лейтенант. — Бесполезно стрелять.

Мы опустили автоматы. Стрелять в лежащих с такой дистанции — это только тактическое мероприятие, называемое «подавлением огнем попытки продвижения противника».

Конечно, держать их на дистанции и тянуть время — это было правильным решением, тем не менее мы за эту ночь уже отстреляли больше половины запаса патронов. А количественно противников у нас только прибавилось. Уже следовало и об экономии подумать, и стрелять выборочно, прицельно и, возможно, одиночными выстрелами, как старший лейтенант.

Но взрывы гранат, как мне показалось, что-то шевельнули в природе естественных явлений, и, получив дополнительный толчок, стал быстро наступать рассвет.

Конечно, снегопад, даже слабый, замедлял его приход, тем не менее полностью остановить не мог. И с приходом рассвета стало даже в глазах резать от ослепляюще-белого вида окрестностей. Наверное, то же самое испытывали и бандиты, потому что перестрелка вдруг заглохла.

— Товарищ старший лейтенант, — проговорил младший сержант. — У меня вопрос возник. Мы знали, что подходит другая банда. Мы и стреляли по ним сразу.