– Я сам почти не сомневаюсь в этом, но удастся ли мне это доказать – другой вопрос. Кстати, где вы были вчера вечером?

– Я так и думал, что вы об этом спросите, – заметил Джайлс. – С семи часов, когда зашел за ней в студию, и примерно до без четверти двенадцать, когда привел ее обратно в студию, я был с мисс Верекер. Мы поужинали у Фаволи, потом отправились к Уиндему. Проводив мисс Верекер, я поехал на такси обратно в Темпл – это же такси везло нас из театра. Проверить это легко. Приехав в Темпл, я лег спать. Полагаю, мой слуга уже спал, так что не могу представить вам доказательств, что до утра находился в постели. Когда, по мнению полицейского врача, был убит мой кузен?

– По словам инспектора Дэвиса, около полуночи, возможно, раньше. Насколько я понимаю, он видел тело этим утром в половине восьмого.

– Что ж, пожалуй, я все же успел бы это сделать, – задумчиво сказал Джайлс. – Только, зная Роджера, сильно сомневаюсь, что застал бы его пишущим письмо за столом в час ночи.

– В данный момент вы не являетесь одним из моих подозреваемых, – ответил Ханнасайд с легкой улыбкой и обратился к швейцару, которого привел сержант Хемингуэй:

– Доброе утро. Вы здесь швейцар?

– Да, сэр, – ответил тот, испуганно оглядывая комнату. – Точнее, ночной швейцар.

– Как ваша фамилия?

– Флетчер, сэр. Генри Джордж Флетчер.

– Суперинтендант, – вмешался сержант, – я записал его фамилию и адрес.

– Хорошо. Флетчер, когда вы заступаете на дежурство?

– В восемь вечера и остаюсь до восьми утра.

– И все время находитесь на месте?

Флетчер слегка откашлялся:

– Видите ли, сэр… официально… вы понимаете. Иногда выхожу пройтись, подышать свежим воздухом. Минуты на две, не больше. И не часто.

– Вчера ночью выходили?

– Нет, сэр.

– Совершенно уверены в этом?

– Да, сэр. Вчера вечером завернул такой холод, что не хотелось выходить, я очень чувствителен к холоду. Разжег огонь в своей комнатке внизу, сержант видел ее.

– Мне она показалась тесноватой, – сказал сержант. – По-моему, там дует.

– Это так, – согласился швейцар.

– Вы сидели с закрытой дверью?

– Это не запрещается, – сказал, оправдываясь, швейцар. – Если я понадоблюсь, мне звонят, и я слышу движение лифта даже при закрытой двери. Я могу следить за тем, что делается, потому что верхняя часть ее застеклена, как вы видели.

– Если не дремать, то можете, – заметил сержант.

– На дежурстве не сплю, – пробормотал Флетчер.

– Ладно уж, сержант, – сказал Ханнасайд. – Флетчер, думаю, никто не будет винить вас, если вы немного вздремнете. Работа у вас, должно быть, скучная. Насколько я понимаю, прошлой ночью вы не слышали ничего похожего на выстрел?

– Нет, сэр, иначе сразу же сказал бы.