Даже горько шутила про себя, что это он зарплату мне складывал: услуги няни, домработницы и любовницы оплачивал. Глупость, конечно, но я имела право так думать. Пусть эти деньги послужат про запас — на новую жизнь.

— Как у нас дела? — зашла в один из классов. Ремонт практически закончился, осталось покрасить стены. Рабочие работали резво, но я предпочитала контролировать. Я легко перевоплощалась из директора в педагога, затем в завхоза и обратно. Взялась за новый центр с энтузиазмом, как к собственному детищу. Мы с Мариной совпали в нашем видении и концепции, теперь много работали.

— Как пахнет краской, — сморщилась. Удушливый запах. К горлу подкатила дурнота, ноги подкосились, в голове туман…

Глаза уже открыла в карете скорой помощи: надо мной встревоженное лицо подруги, рабочих и фельдшера.

— Давление нормальное, — объявил он. — Кожные покрова чистые, температуры нет, — записывал. — Девушка, сдайте анализы на анемию. Бледность неестественная, — затем зрачки осмотрел и тихо так: — Вы в положении?

Я замерла испуганно. В каком таком положении? Неужели… В голове отбойный молоток или тупая пила по натянутым нервам. Когда у меня были месячные?! Господи, я даже не помню! В стрессе обо всем забыла, да и цикл никогда не был стабильным. Гинекологи в один голос твердили: родишь и устаканится… Родишь. Я звонко рассмеялась. Нет, Бог не мог так пошутить надо мной!

На следующее утро я пошла в лабораторию и сдала кровь на хгч. Тест на беременность не делала. Результат на следующий день совершенно точный — я беременна. Абсолютно спокойная направилась в частную клинику на УЗИ."

"— Что у нас тут? — врач водила по моему еще плоскому животику аппликатором. — Уже приличный срок, четырнадцать недель. Даже пол уже можно сказать. Хотите узнать?

Я растерянно улыбнулась. Сложно поверить, что это со мной происходит. Мы так давно с Русланом не спали, как раз месяца три или около того… У него всегда была отличная реакция, а презервативы не любил. Шесть лет она не давала сбоя и вот… Когда мы разошлись. Когда он встретил свою истинную любовь. Когда нас окончательно не стало, я получила свою частичку Гордеева. Руслан ведь не хотел от меня детей, прикрываясь разными предлогами. А я хотела. Всегда хотела родить от него. Любила ведь. С любимым всегда хочется разделить счастье родительства.

— Скажите, — произнесла робко. Конечно, я не буду делать аборт. Мне двадцать восемь, и я готова к ответственности. Столько лет растить чужого ребенка, а своего убить… Нет!

— У вас мальчик! Прекрасный длинноногий мальчик! Смотрите, какие длинные бедренные кости, — повернула ко мне экран. — Высоким будет.

В отца, подумалось мне.

Из клиники вышла одухотворенной. Теперь у меня точно будет все хорошо.