Ден скармливает ему таблетки.

— Это все хреново помогает! Ему нужны гормоны.

Диктую скорой адрес.

Милка испуганно забилась в угол.

— Так делать нельзя, Мил! — шиплю на нее гневно.

— Льзя!

— А если он умрет?

— От витаминок не умирают, они же полезные, глупенькая! — взмахивает растопыренными пальцами Милка.

Дыхание у Сергея Мироновича натужное, сиплое…

— Люде… Позвони… — хрипит он Денису. — Пусть… Привезет ингалятор…

Протягивает с трудом телефон. Дэн ставит на громкую связь.

— Да, дорогой.

— Это не «дорогой». У отца отек. Ему экстренно нужен его ингалятор с гормонами. Прямо сейчас! Метнись. Иначе, он задохнётся.

— Скорая вколет гормоны, — шепчу я.

Денис поднимает указательный палец вверх словно прося тишины.

Небольшая пауза…

— Алё?… — чуть нервно и наигранно весело. — Алё-о-о? Что-то со связью я тебя не слышу. Перезвони мне, пожалуйста.

Денис, свирепо смотрит в глаза отцу с ухмылкой.

— Перезваниваю… — набирает ещё раз. — И теперь телефон будет отключен!

— «Абонент не доступен»…

Швыряет телефон на бедра отцу.

— Ты хотел, что моя женщина меня продала сегодня. А продала тебя твоя. Ждёт твоей смерти, шакалиха. Торопит, как может. Ты ведь уже переписал завещание, верно?

— Скорую, сын… — хрипит он, лицо обезображивается от отека.

— Едет, отец. Едет…

— Написано — сорбент и щелочное питье! — поднимаю я экран.

— Давай, давай…

Мы с Денисом реанимируем, как умеем его отца, пока едет скорая. Ему тяжело, начинает совсем задыхаться.

— Потому что надо вести себя хорошо, — уже тоже переживая, вышагивает вокруг нас Мила.

— Кыш!!

— Скорая приехала! — смотрит Денис из окна. — Полетел, встречу. Всё будет хорошо, держись, отец!

Сжимает на мгновение его плечо.

Мы остаемся… Смотрим друг другу в глаза. Тяжёлый сип…

— А Денис Вас до сих пор любит, — вздыхаю я. — Несмотря ни на что. Видите, как спасает. Это так грустно… Как вы могли его променять на стервятницу, ждущую вашего трупа? Мне этого не понять… Вот Вы когда придете в себя. Просто позвоните ему и скажите «спасибо». И больше ничего не говорите. Спасибо за то, что не позволил умереть человеку, который все детство мучил его. А мог бы позволить. Несчастный случай… Поэтому, позвоните. Иначе, в следующий раз, Людочка и карма, вас точно догонят. И никто не будет спасать.

— Да-да, — вторит мне в назидательный тон Милка, вышагивая вокруг.

Кидаю в нее диванной подушкой.

Смывается в спальню, прихватив зайца.

Скорая, ставит гормоны, прокачивает кислород, забирает его уже во вменяемом состоянии, но все ещё с маской на лице. Будут ставить капельницу…

А мы остаемся.

Обнявшись, сидим на ковре у дивана.

Уткнувшись носом в его шею, дышу родным запахом.

— Ты чего с банкета сбежала?

— Соскучилась…

— Я хотел феерично встретить, — вздыхает.