— Э, дружище… Завис?

Опускает взгляд. Разжимает пальцы. Лук и нож падают в ведро.

Сидит, тупит.

— Случилось у тебя чего? — поглядывая на него искоса

— Случилось…

— Что?

— Да что говорить? Случилось и случилось…

— Зря… Может, я — Золотой Рыб. Хоба и разрулю, — вяло пожимаю плечами.

Невесело усмехается.

— Давай уже — вещай.

— Девочка там у меня осталась…

— Ты не одинок в своем горе.

— Мы поссорились. А там кент вокруг нее один землю пашет — старше, на тачке и самое главное — он там, рядом, а я тут.

— Сочувствую. Хорошая девочка?

— Хорошая.

— Дождется. Скоро выхи.

— Скоро выхи. А у меня два наряда на выхи. И телефон комвзвода забрал. И я ебнул с дуру, что она может считать себя свободной, когда ссорились.

— Мда… Опрометчиво! Букет ей закажи. Телефон помнишь ее?

— Ну, конечно.

Оглядываюсь, чтобы никто не смотрел в нашу сторону. Достаю телефон.

— Диктуй!

— Зачем это?..

— Диктуй, говорю, пока я добрый!

Подглядывает, как я в приложении заказываю корзину с пионами, зеленью и фирменным шоколадом.

— У меня нет столько денег, ты что?..

— За счёт Золотой рыбки, успокойся. Что пишем на открытке?

— Не знаю…

— Хм… — зависаю.

Пальцы сами пишут…

«Извини меня, пожалуйста, малыш. Я — кретин… Мыслями я всегда с тобой. Люблю. Очень скучаю…»

Отправляю, оплачиваю…

— Ну вот и всё.

Сложно тебе было, Корниенко, кретин ты ущербный, что-то человеческое написать Полине?

Очень сложно… Я бы и сказать не смог ничего человеческого. Одна была надежда на неё.

— Чего я тебе должен?

— Ничего.

— Как так?

— Ну вот так. Ничего не должен. Лук вот вместо меня почисти. Ненавижу, когда руки им воняют.

— Спасибо… — растерянно смотрит на меня пацан, тянет руку. — Серёга…

— Дэн.

— Обращайся, Дэн, если что.

Разворачиваемся на шорох, поспешно прячу телефон.

Мила.

— Дядя Вася где? — пытливо.

— Ты бы не шарилась по кухне, Мил.

— Я хочу компот.

Идёт мимо печей, в огромных кастрюлях кипит вода. И на выступающей дугой ручке одной из них висит привязанное вафельные полотенце, свисая в проход. У меня живот сжимается от страха. Нет, она конечно такую кастрюлю не стащит с плиты. Сил не хватит. Да и зачем это ей? Злыдень не дурочка…

Но почему-то рефлекторно встаю, проследить, чтобы прошла нормально. Я мелкий как-то тоже ошпарился…

Мила спотыкается, наступая на картофелину и теряя равновесие, машинально хватается за полотенце. В ужасе срываюсь с места, кастрюля накренивается под ее весом.

Подхватывая за пояс успеваю выдернуть девчонку вверх! Кастрюля с грохотом летит на пол, волна кипятка бьётся об соседние тумбы, пятясь, делаю несколько шагов назад.

Адреналин душит и слепит. Кипяток добегает до моих берцев. Накатывает на носки и отступает, распределяясь ровным слоем по бетонному полу.