Что в итоге?

Не знаю, что со мной случилось после вчерашней ночи, но когда увидел новобрачную в кружевной сорочке, прежнего возбуждения и желания я не ощутил. Виола была всё так же прекрасна и соблазнительна, и я вроде как желал её… Хотя нет, кого я обманываю. В течение нашего соития я всё время сравнивал её с Кэтти и даже представлял на месте жены ночную фиалку, иначе не довёл бы консуммацию до финала.

Когда Виола ушла в ванную, я решил проверить её девственную кровь. Кольцо блодеров не приняло её выделений. Вот тогда я и понял, что принцесса меня обманула. Она воспользовалась услугами профессионального целителя, и тот с помощью магии восстановил девственную плеву. Невеста надеялась, что проведёт меня таким образом.

— Виола, скажи, сколько на самом деле у тебя было мужчин до меня? — сразу же припечатал я её вопросом, когда жена вышла из ванной, обёрнутая в белое полотенце.

— Что?! — округлила она глаза и попыталась сделать обиженное лицо. — Бенедикт, это не смешно.

— Точно. Ничего смешного, — процедил я, натягивая кальсоны. — Никогда не думал, что так жестоко обманусь в тебе. А ведь у нас могла быть счастливая семейная жизнь.

— Бенедикт, я не понимаю, откуда такие чёрные мысли? — скривила она губы. — Ты разочарован во мне как в женщине? Я тебя не удовлетворила?

— Брось, Виола, прикидываться невинной овечкой. Твоя девственность фальшивая, восстановленная с помощь целительской магии. На что только надеялась? Думала, обманешь меня и будешь эталоном красоты и чистоты? — с напором выговорил я всё, что думаю о ней.

— Что за вздор! — она сжала кулачки, и на её пальцах засветилась магия.

— Предъявить доказательства? Хорошо, — я поднял руку и показал свой перстень с рубином. — Это артефакт блодеров, он питается только настоящей кровью. И он не принял след твоей невинности, Виола. Это доказывает, что ты восстановила её с помощью целителя.

— Демоновы блодеры, — зло процедила она и тут же захныкала, состроив скорбное лицо: — Я признаю, что действительно восстановила свою девственность с помощью магии. Но я клянусь, что это произошло не по моей воле. Меня взял силой один из придворных моего отца. Он заманил меня в ловушку и изнасиловал, — из её глаз потекли слёзы. — Я не виновата, клянусь… Я люблю тебя… Бенедикт…

Я смотрел, как жена вытирает ладошкой слёзы, и ни капли ей не верил. Не знаю почему, но ощущал, что и сейчас Виола притворяется. Она словно пропиталась вся ложью и враньём, даже запах её изменился. К привычному цветочно-цитрусовому аромату добавился привкус полыни.

— Когда у тебя наступят женские дни? — строго обратился я к ней.

— Где-то через шесть дней, — всхлипывала она."

"— Значит так.